— Алкоголики они все, папа, — буркнул Георгий, которому также выдали свой экземпляр расписания, — эти художники… кого ни возьми… пьяница на пьянице.

— Ну что же делать, Жорж, — тяжко вздохнул царь, — занятие у них творческое, требует некоторой стимуляции воображения — надо войти в положение…

— А откуда ты, кстати, это знаешь? — продолжил тему Александр, — про алкоголиков-художников?

— Имел дело с парочкой таких, портреты заказывал, — ответил Георгий, — Коровин, Саврасов… да тот же Врубель, с которым ты в Нижнем встречался — он ведь тоже пьет как извозчик…

— Хм… — даже немного смутился царь, — Врубель пьянствует? Не знал… надо будет прояснить этот вопрос — я же ему заказ на оформление нашего павильона сделал. Но впрочем, время позднее, давай спать уже, завтра напряженный день.

Алкоголь и творчество

Переговоры в Елисейском дворце оказались длительными и бестолковыми — пышных слов и цветистых оборотов речи произнесено было без счета, а вот реальный КПД от всего этого оказался ниже, чем от паровой машины Уатта. Российская сторона упорно делала вид, что не понимает намеков о более тесном военном союзе, а французская никак не желала пойти навстречу в кредитных вопросах. Как, наверно, понятно всем, закончились переговоры коммюнике о продолжении переговоров в ближайшем будущем, уже на российской переговорной площадке.

А затем Александру представили технических специалистов — для экономии времени их посадили за обеденный стол в нашем посольстве. Братья Рено очумело крутили головами, с трудом понимая, что от них хотят, Блерио налегал на вино с крымских виноградников, и только братья Люмьер полностью въехали в ситуацию и непринужденно поддерживали разговор с царствующей особой.

— Ваша техническая новинка, господа, — говорил им Александр между сменами блюд на столе, — очень любопытна, она вызвала большой интерес в России. Не могли бы вы вкратце рассказать, как вам в голову пришла эта идея движущихся изображений?

— Если честно, государь, — начал отвечать старший брат Огюст, — то эта идея не совсем наша — три… нет, уже четыре года назад Эдисон запатентовал нечто похожее под названием кинетоскоп…

— Эдисон… Эдисон, — сдвинул брови, размышляя, царь, — это американец, который лампочку изобрел?

— Абсолютно верно, — кивнул Огюст, — очень талантливый человек… но, к сожалению, этот его кинетоскоп оказался предназначен для просмотра только одним зрителем — он должен был смотреть на происходящее через окуляр деревянного ящичка. Мы же с братом Луи пошли немного дальше и добавили к кинетоскопу проекционный аппарат — он транслирует движущиеся картинки на экран, и это все может видеть большое количество зрителей. Мы даже арендовали одно помещение для нашего изобретения и назвали его кинотеатром.