Не говоря ни слова, она взяла на руки Пеппи и пробралась в свою комнату настолько тихо, насколько смогла.

Честно говоря, это была скорее кладовая, чем комната. Почти всё пространство было заставлено вёдрами для уборки и мётлами, завешано полками, заваленными щётками, моющими средствами и тряпками. Единственный уголок, действительно пригодный для жизни, – кровать в дальнем левом углу. Мина тихонько прикрыла за собой дверь и посадила Пеппи на пол, а затем присела и вытащила из-под кровати старый кожаный чемодан, доставшийся ей от родителей.

– Пора нам делать ноги, – сказала она ёжику, расстёгивая пряжки на чемодане, – поверить не могу, что они скрывали от меня правду все эти годы. Может, и не нарочно. Просто не думали, что это важно.

Мина разозлилась и рванула крышку чемодана сильнее, чем нужно.

– Сейчас соберу кое-какие вещи, и мы отправимся в дорогу. Я отнесу тебя в лес, и у тебя начнётся счастливая ежиная жизнь без Ольги и Ирмы. А я… – На мгновение она замолчала. Гнев внезапно сменился ощущением счастья, а взгляд прояснился: «Я отправлюсь в магический город!»

Недовольное пыхтение Пеппи вывело её из раздумий: «Ты прав. Нам нельзя терять время. Главное, чтобы Ольга с Ирмой ничего не заметили».

Мина посмотрела на старые вещи родителей в чемодане. Она знала наизусть каждый предмет: от юбок и рубашек до запасных пуговиц и старых карманных часов, которые всегда шли назад. Девочка запустила руку в чемодан и копалась в вещах, пока не нащупала холодный круглый корпус часов. Она открыла крышку и нахмурилась.

– Странно, – проговорила она, – стрелки. Они прыгают! Туда-сюда, туда-сюда. Раньше они всегда шли назад.

Мина быстро переводила взгляд с одного места на другое, наблюдая за странным движением стрелок. Наконец она оторвалась от этого зрелища и закрыла крышку часов, тогда та тихонько щёлкнула. У девочки больше не было времени об этом думать.

– Часы я возьму с собой, – пробормотала она, – на память. И обязательно ключ. – Мина коснулась своей вещицы на шее.

После недолгих раздумий она всё же упаковала ещё и небольшую швейную шкатулку, в которой хранились ножницы, иголка и нитки. Это всегда пригодится. Мина понимала, что нельзя брать с собой слишком много, ведь предстоит долгая дорога пешком, и всё придётся нести на себе. Из аккуратно сложенной одежды, хранившейся в старой картонной коробке, она достала пару чулок, нижнее бельё и своё единственное сменное платье коричневого цвета. Как и то, что было на ней сейчас, раньше оно принадлежало Ирме и было Мине слишком велико. Девочка много раз подшивала подол, чтобы он не тащился по полу, и всегда закатывала чересчур длинные рукава. Оба платья были уже старые, некрасивые и сотни раз перекроенные, но одежды получше у неё не было. Надеть мамину одежду из чемодана она никогда не решалась – это казалось почти кощунством. И всё-таки ей было тяжело осознавать, что вещи родителей придётся оставить. Стоило об этом подумать, как Мина тут же захлопнула чемодан и задвинула под кровать. «Это всего лишь одежда, – сказала себе Мина, – родителей платьями не вернёшь».