Как оказалось, и Шерхан стал придерживаться такой же тактики. И жёстко наказывал тех волков, кто ослушивался его. Клыки то у тигра за неделю отрасли новые и он даже вести себя стал по-другому. Как и человек без зубов, до восстановления клыков тигр чувствовал себя неполноценным и вёл себя соответственно. А теперь о-го-го!
Уж кому-кому, а ему моя терапия точно пошла на пользу. Хотя и волки, которые дали себя «полечить», окрепли о приросли мышечнй массой. Особенно Ракша. Той я каждую ночь жизненные силы восстанавливал. И волчатам. Волчья семья собиралась вокруг моей лежанки, которую ради этого пришлось перенести в центр землянки.
Шерхан свою лёжку обосновал на крыше землянки, где когтями повыдирал с корнем кусты. Шикарное у него получилось ложе. Не стыдно и даму привести, хе-хе… Так я подшучивал над тигром время от времени.
— Вот зубы отрастут, и можно будет идти знакомиться, — подначивал я тигра шуткой моего знакомого пенсионера Вовчика, царство ему небесное, вспоминая, как тот раскошелился на полное протезирование полости рта. Долго размышлял, мечтая о «последнем счастье». Вставил зубы и вскоре застрелился. И без зубов никому был не нужен старый танкист, и с зубами, как оказалось, тоже.
— Не в зубах счастье, — сказал другой мой и Вовчика знакомый и тоже пошутил, — а в их количестве.
— Но без зубов не до него, — подумал я тогда. — Раньше надо было озадачиваться Вовчику протезированием полости рта. Говорили ему это мужики, собираясь в зимовье на Люцихе поохотиться, видя, как он перемалывает передними зубами мясо.
Как сказала как-то одна тётка в очереди к стоматологу:
— Не честь мне надо беречь смолоду, а зубы. Глядишь, сейчас бы и с зубами была, и в мерседесе ездила. А так, ни того, ни другого.
Я вышел из леса тридцатого августа в обед. В лагере старателей было спокойно. И Владимир с Ириной встретили меня тоже спокойно, без ажиотажа.
— О! — воскликнул Высоцкий. — Как раз супчик с потрошками поспел.
— Где взяли потрошки? — удивился я.
— Я рябчиков тут намедни настрелял, — небрежно произнёс Владимир. — Так их всех закоптили и поели, а потрошки переварили и в холодильник.
— В холодильник? Какой холодильник? Ледник?
— Холодильник «Розен лев»! Импортный!
Высоцкий поднял вверх указательный палец и рассмеялся.
— Шучу. Какой-то «Океан» местные ребята привезли. Даже не холодильник, а морозильный ларь. Классная вещь! Себе такой заказал. Обещали… Хорошие ребята оказались местные чекисты. Того следователя, который тебя… м-м-м… прессовал, отозвали. Другой приезжал. Но улетел сегодня.
— Ага. Я видел вертолёт, — сказал я. — Так и понял.