— Если вы собрались музицировать, то я точно хотела бы это увидеть. Ты ведь тоже сыграешь, что-нибудь, Миша?
Меня бил озноб предвкушения чего-то грандиозного.
— Э-э-э… Тогда, если вы с нами, Ирина Юрьевна, размещаемся в большой армейской палатке на том же самом месте. Сцену ещё точно не разобрали. А если и разобрали, соберут. Тогда мы устраиваемся на берегу и организовываем концерт. Я позвоню тем музыкантам, с которыми должен был играть на той сцене и мы устроим Владимиру Семёновичу оркестровое сопровождение. А! Как идея?
Высоцкий посмотрел на меня с недоумением и опаской.
— Ты это серьёзно? Инструментал? К моим песням? А они смогут?
Я разулыбался так, что мог бы поспорить с самим Владимиром Семёновичем.
— Я вас умоляю, Владимир Семенович, — сказал я игнорируя звук «ё». — Ваши песни давно стали народными и хоть они сложны в композиции, наши ребята смогут. Лёгкие ударные сбивки, щёточки, простейшая бас-гитара, ну и я в сольной партии. Вы же слышали как я играю…
Всё это было сказано с таким еврейским акцентом, что Ирина буквально заржала в голос. Высоцкий тоже долго хехекал, вытирая слёзы.
Вертолёт не позволял говорить обычно. Мы сидели, почти обнявшись и склонив головы друг другу, и мне вдруг стало так тепло, что у меня проступили слёзы не от смеха, а от умиления.
[1][1] https://my.mail.ru/mail/4ank/video/531/1044.html
На моих синих «Жигулях» красовался регистрационный знак чёрного цвета «00–54МОС».
— Подождите, ребята, — «тормознула» Ирина, когда мы переносили свои вещи из вертолёта в мою «копейку». — А в чём мы сегодня будем ночевать?
— В моей палатке. Она двухместная, но это для раскладушек, а так и трое поместимся. В спальники запакуемся и всё. Ночью уже прохладно без спальника. Тем более у моря…
— Ну-у-у… Нет! Всё-таки я сегодня в гостинице переночую, а завтра приеду. Хоть ванну нормальную приму. Д-у-у-у-ш… Нормальный, а не через баночку с дырочками.
— Да, ладно тебе, Ириша. По-моему, всё очень шикарно было. Главное, в баню воду носить не надо было.
— А на кухню надо было таскать! — сказала Ирина. — Хорошо хоть ты не чурался, да ребята помогали. Короче, ждите меня завтра. А я как раз на счёт аппаратуры в филармонии договорюсь. А то, чувствую, ничего у твоих ребят не получится до завтра.
Да-а-а… К выступлению с Высоцким Серёга Громов отнёсся индифферентно. Не его это были песни. Но он-то мне и не был нужен. Мне были нужны ребята, что с ним играют. Хотя, Серёга мог бы и на басу слабать. Да и что там «лабать»? Гони гамму и всё. Главное, иногда в тон попадать. Это мне предстояло «повыёживаться».