— Точно мы выяснить не смогли, однако есть все основания на игру наших коллег из Москвы. Правда, стиль работы на них не очень похож.

— Не похож? Думаете, им кто-то помог?

— У нас есть всего два варианта: или им помог кто-то опытный, или они перешли на иной уровень мастерства. Своих противников недооценивать, конечно, не стоит, но мне не очень верится в то, что советская разведка столь быстро достигла такого серьезного уровня. Это ведь не бывшего царского генерала ударить дубинкой по голове и вывезти в Россию в чемодане. Тут требуется серьезная и тонкая работа. Кроме того, по нашим сведениям, после трагической гибели Литвинова его пост занял Молотов, который совершенно не сведущ в дипломатической работе, каковая совершенно просела, будучи и при Литвинове на очень скромном уровне. Он ведь, как вы помните, занимался не столько советской дипломатией, сколько…

— Я помню, — прервал его лорд Иден. — Не мог ли это быть Иностранный отдел?

— Возможно. Слуцкий человек профессиональный, но к опытному руководителю должны прилагаться толковые исполнители. А раньше ИНО не демонстрировала высокий уровень мастерства в столь сложных операциях. Рост уровня квалификации обычно происходит плавно.

— А вы не думаете, что вся эта операция могла быть сущей авантюрой, которая удалась лишь случайно?

— Да, это допустимо. Но мне не очень хочется доверять случайностям, а потому я склоняюсь к версии помощи им более опытными игроками.

— Вы видели этот договор? — Переменил тему лорд Иден. — В газете ничего толком не написано. Так — общие фразы. А мне хотелось бы понять — о чем конкретно там говорится. Есть какие-нибудь интересующие нас зацепки?

— Французы с советской делегацией шептались без особенной огласки, — пожал плечами Эрик Фиппс. — И нас никто на те встречи не приглашал.

— Эрик, давайте обойдемся без кокетства. Вы ведь не пустили это дело на самотек? — С легким раздражением спросил лорд Иден. — Или пустили⁉

— По своим каналам я смог получить фотокопию французского договора.

— Прекрасно!

— Ничего прекрасного там нет. Эти Ориоль с Мендес-Франсем нагородили такое, что у меня поначалу от ярости дух захватывало…

— Говорите конкретно! — Начал выходить из себя лорд Иден.

— Советскому Союзу был открыт огромный промышленный кредит в семь миллиардов франков[2] с рассрочкой погашения в пятнадцать лет, который Советы могут потратить только на приобретение промышленного оборудования. А это в пять раз больше, чем предложили им боши в своей кредитной линии от тридцать пятого года. Под обеспечение этого займа правительство Франции уже инициировало выпуск билетов казначейского обязательства. И это катастрофа… Ведь учитывая сумму кредита и то, как его преподносит правительство, Франция сможет закрыть бюджетный дефицит по наиболее важным направлениям как минимум на год, а то и на два. Кроме того, ничто не мешает французам расширить Советскому Союзу кредитную линию, которая нужна им самим намного больше, чем Советам. Да и отсутствие открытой информации по условиям кредита, позволяет французскому правительству маневрировать в довольно широком пределе.