Черняховский сел в траншее. Устало снял фуражку и вытер рукавом лицо. Только сейчас он заметил, что его все-таки зацепило — весь рукав был в крови. Но боли из-за адреналина не чувствовалось. «Видимо по касательной» — промелькнуло у него в голове. — «Что же делать?»
— Сержант! — Позвал полковник, оглядываясь по сторонам.
— Слушаю вас, товарищ полковник! — Сержант Соломонов выскочил откуда-то, как чертик из табакерки.
— Связь есть?
— Никак нет. Рацию разбило на КП. А в окоп связистов несколько немецких мин упало. Там… там…
— Связистов совсем не осталось?
— Нет… разве что два тяжелораненых, но они сейчас и пошевелиться сами не могут толком.
— Как мыслишь — бойцы к позициям второго батальона пройдут?
— Вряд ли, — ответил сержант после минутного наблюдения за полем. — Если по полю, то оно как на ладони. Побьют их. Ишь как палят.
— Ладно… — грустно произнес Черняховский и замер на полуслове. Откуда-то с севера донесся странный звук — будто шла колонна бронетехники. Он выглянул и обомлел — с севера по шоссе шли танки. Такие же серые, что и у немцев, только другого силуэта. Но в такой дали не разобрать чьи. — Неужели снова прорвались?
— Товарищ полковник, — взмолился сержант. — Кто это?
— По шоссе с севера идет колонна бронетехники. Чьей — мне не видно. Бинокль на командном пункте остался.
— Так я мигом, — оживился сержант.
— Хорошо. Давай. Только поосторожней там.
— Я как мышь! — Произнес оживший сержант. Думать о плохом ему не хотелось…
Впрочем, проблема идентификации оказалась решена раньше, чем Соломонов нашел целый бинокль в разгромленном КП — заработали немецкие автоматические пушки, встречая гостей бронебойными гостинцами. Но шансов, конечно, у «гансов» было мало. Так как, выдерживая относительно безопасную дистанцию «серые гости» начали огрызаться из своих пушек, явно превосходящих германские поделки. То один, то другой PzKpfwII вспыхивал, получая свою порцию тридцатисемимиллиметровых снарядов. А сами «коробочки» продолжали не спеша, с частыми короткими остановками, накатываться по шоссе с севера, сея вокруг себя смерть и разрушение.
Вот заработали немецкие минометы и пушки по шоссе, подбив головную машину и «серые гости» прыснули с полотна дороги в поле.
— «Ура!» — раскатисто донеслось в этот самый момент откуда-то с севера. Черняховский удивленно обернулся, обнаружив, что командиры обоих батальонов повели своих бойцов в контратаку. Глупо конечно. Лучше бы огнем подавляли, благо, что с патронами проблем не было. Но нервы после такого напряжения, видимо, сдали. Во втором батальоне даже красное знамя кто-то достал. Рассерженная русская пехота с малыми пехотными лопатками в руках — страшная сила, тем более что ее поддержали все оставшиеся огневые точки — пулеметы и минометы. Глупо, но красиво.