— Вы считаете, что нам обязательно следовать именно по этому сценарию? — Неожиданно задал провокационный вопрос Сталин. — Может быть, действительно, этого предателя стоит сдать Гитлеру, чтобы открыть тому глаза на истинное положение дел? Худой мир лучше доброй драки, не так ли?
— Товарищ Сталин. Я много размышлял об этой возможности. И в той жизни, и уже здесь. Увы, так не получится, война неизбежна. Вы и сам это хорошо понимаете. Гитлер находиться в такой ситуации, что не напасть на нас он не может. Максимум — отложить нападение, но не откажется от него совсем. Но как говаривал Макиавелли войну можно отложить только к выгоде твоего противника. Ведь если Гитлеру открыть глаза на реальное положение дел, то он подойдет к нападению со всей серьезностью. Сначала обезопасит свои тылы: окончательно утихомирит Европу, приберет к рукам Ближний Восток, решит британский вопрос. И нападет. Но тогда война будет носить гораздо более разрушительный характер — мы успеем подготовиться, но и противник станет гораздо сильнее. А главное, помните, я рассказывал о ядерном проекте Рейха? Сейчас, когда счет идет на месяцы, туда не выделяют много ресурсов, понимая, что все равно не успеют, да и на обычные силы надеяться. Но при отсрочке он скорее всего получит все потребное финансирование. И повлиять на это мы не в состоянии. В отличие от американцев немцы уже перешли от говорильни к практической работе.
— Значит, вы предлагаете пока не ломать игру англичанам. Допустим… Канариса расстреляют или повесят? — После небольшой паузы спросил Сталин. — Вед буквально через полгода после начала войны станет ясно, что он вводил в заблуждение руководство Рейха. Неужели он этого не понимает? Зачем лезет в петлю?
— Думаю, что понимает. А значит — решит сбежать. Вряд ли он направиться на Туманный Альбион — туда стремились лишь русские вольнодумцы в надежде удрать от злого царя. А потом удирали советские диссиденты и прочие обиженные на власть. Скорее всего, адмирал уже смог накопить на некоем номерном счету где-нибудь в Бразилии или Парагвае довольно крупные средства для своих нужд и обустроил себе норку. И, по идее, мы можем попытаться там все это поискать. Я убежден, что следов немало. Все-таки глухомань. Там любые серьезные люди хочешь — не хочешь, оставят массу улик.
— Предлагаете его захватить?
— Да. — Кивнул Тухачевский. — По возможности, конечно, не создавая культа из попытки пленения адмирала. А сам факт захвата не афишировать. Эта война будет идти долго, поэтому человек, работавший на столь высоком уровне должен знать много интересной информации.