— Мне нужен тот, кто принимает решения.
Архивариус закатила глаза.
Ольгерд смотрел на эту женщину и понимал, что она гораздо старше, чем кажется. Речь идет о тысячелетиях. В глазах незнакомки сквозила усталость. Даже не сквозила — намертво вросла в каждый зрачок, каждое движение.
Архивариус устала от бремени ответственности.
— Вы сказали, — осторожно начал Ольгерд, — что не мы одни разыскиваем Скит. Кто-то еще сумел прорваться в Хранилище?
— Смог, — признала Архивариус, — и ты его, безусловно, знаешь.
— Коэн, — догадался Ольгерд.
Озарение пришло внезапно и практически не удивило мастера. Не так уж много на свете людей, способных отыскать Архив Демиургов, да еще и уцелеть в схватке со Стражем.
— Вы впустили его? — вопрос задала Навсикая.
Женщина нехотя кивнула.
— Это вы, — второе озарение заставило мастера по-новому взглянуть на вещи. — Вы принимаете решения на Блуждающем Скиту.
В ответ — молчание.
— Тогда вы вмешались, чтобы спасти Преддверье, — продолжил мастер, ошеломленно глядя на женщину с раскосыми глазами. — Никто другой не мог этого сделать. Потом вы впустили Коэна, а теперь стоите здесь и разговариваете с нами. Кто вы?
— Мое имя — Вэй.
Мастер собрался продолжить расспросы, но Архивариус поманила его и Навсикаю к себе.
— Идемте. Нам есть, о чем поговорить.
Противоположная стена изменилась. Центр плоскости втянулся в себя, формируя коридор. Ольгерду показалось, что он смотрит в колодец или зев промытой горным потоком пещеры. Отверстие в конце коридора демонстрировало всё то же мутное небо с условно-схематическим солнцем, которое успело опостылеть Ольгерду за время путешествия по лимбу.
— Вы их примете? — изумился Страж.
— Не тебе судить, — отрезала Архивариус.
На мгновение голос кормчей стал властным — от одного лишь его звука захотелось спрятаться, убежать куда подальше. И не сметь противиться воле…
Богини?
Страж угрюмо кивнул.
Архивариус двинулась первой. За ней последовали Ольгерд, Навсикая и Рык. Охранник замыкал процессию — его меч уже скрылся в поясных ножнах.
Коридор вывел Ольгерда в просторный зал, дальняя стена которого была прозрачной. Именно там, за прозрачной гладью стекла, виднелись рваные клочья сероватых облаков и вездесущий диск, который мог и не быть звездой.
— Интересно, — вырвалось у Ольгерда.
Вэй повернулась к гостю.
— Ваше солнце, — пояснил мастер ножей. — Его видно в любой точке лимба. Но это же подпространство, тут нет галактик и планетных систем. Расстояния чудовищные. Как это работает?
Во взгляде Архивариуса появилось уважение.
— Нет никакого солнца, Ольгерд. Это бутафория.