— Ты! — процедил Тристан, выхватывая шпагу. Клинок хищно блеснул в свете фонаря.

Гидеон замер. У него не было шпаги, она потерялась ещё во время бегства от охотников за наградой. В его руке была только крепкая трость с тяжёлым серебряным набалдашником.

Тристан побагровел от гнева:

— Трость, серьезно? Да как ты смеешь!

— У моего тезки Гидеона было всего триста воинов, но он побил врага, — откликнулся юный джентльмен.

Тристан сдержал ругательство и бросился в атаку. Выпад был острым, с обманным движением кисти. Гидеон едва успел отклониться, чувствуя, как сталь разрезала воздух у самого уха. Тристан не давал передышки. Следующий удар снизу вверх, потом быстрый перевод и колющий в грудь. Гидеон парировал тростью, но сила удара отдалась болью в запястьях.

Гидеон начал работать активнее: круговым движением отбил клинок в сторону, сделал шаг вперёд и попытался достать Тристана наконечником в висок. Тот ловко ушёл вбок и ответил серией быстрых уколов. Один из них всё-таки зацепил Гидеона, жгучая боль прошла по левому предплечью.

Робин тихо выругалась из-за стены, но не вмешивалась, понимая, что сейчас любое лишнее движение может всё испортить. Гидеон поймал момент. Когда Тристан сделал очередной выпад, он применил классический приём: резкий батман тростью по клинку, перевод и мощный удар снизу по запястью. Шпага Тристана вылетела из руки и, описав дугу, воткнулась в землю в нескольких шагах.

Не давая противнику опомниться, Гидеон подсёк ему ногу, повалил на спину и прижал сапогом к груди, уперев тяжёлый кончик трости прямо в горло. Тристан смотрел на него снизу вверх, тяжело дыша, с перекошенным от ярости лицом. Гидеон, стараясь унять сбившееся дыхание, произнёс:

— И сказал ему Господь: «Я буду с тобою, и ты поразишь мадианитян, как одного человека».

Тристан смотрел на него снизу вверх, глаза горели бешеной яростью.

— Да как ты смеешь, — прохрипел он, пытаясь вырваться, — осквернять Святое Писание своими нечестивыми устами?!

Гидеон усмехнулся, хотя дыхание всё ещё было тяжёлым, а предплечье горело от раны.

— Блаженны нищие духом, ибо их есть Царство Небесное, — спокойно ответил он. — Блаженны кроткие, ибо они наследуют землю. Ибо не здоровые имеют нужду во враче, но больные. Господь всегда был на стороне сирых и убогих, Виндфорд. А не на стороне тех, кто мучит кошек.

Он резко поддел тростью массивную цепь на шее Тристана и сильно дёрнул. Цепь впилась тому в горло. Тристан захрипел, глаза вылезли из орбит. Цепь не выдержала, звенья лопнули с резким металлическим треском. Серебряный амулет отлетел в сторону. Тристан, кашляя и держась за горло, прохрипел: