Его размышления прервал знакомый женский голос:
— Господин Вандерфилд!
— Алиссия? — Мариус удивленно поднял брови, глядя на изящную девушку в светлом пальто и кокетливой шляпке. — Вы не в Академии?
— Я ждала вас, — красавица оглянулась. — Мне нужно с вами поговорить, господин Вандерфилд. Это касается вашего сына. Я беспокоюсь об Эше.
— Каждая жена должна проявлять заботу о своем муже, — наставительно произнес королевский советник. — А вы ведь почти супруги. Я внимательно слушаю вас, Алиссия.
— Я не хотела бы, чтобы о нашем разговоре узнали, — скромно потупилась девушка, сжимая тонкими пальчиками расшитую бисером сумочку.
Мариус чуть слышно хмыкнул, снял с локтя зонт и раскрыл:
— А я не хотел бы, чтобы вы промокли, дорогая Алиссия. Как видите, даже сильнейшие заклинания не могут сдержать непогоду. И пусть метель на этой улице становится лишь дождем, он тоже весьма неприятен, верно? Думаю, надо поднять этот вопрос в Магистерии!
Алиссия согласно кивнула и шагнула под черный купол. И улыбнулась, когда, намокнув, он стал прозрачным, заодно сделав невидимыми и людей, стоящих под ним.
— Ах, зонт-скрыватель! Изумительная вещь!
— Так что случилось с моим сыном, Алиссия?
Девушка поправила белокурый локон и глянула на струи дождя, обтекающие невидимый купол.
— Я буду с вами откровенна, господин Вандерфилд. Наш брак с Эшем — дело давно решенное. И я с нетерпением жду, когда смогу назвать вас своим родственником. Но последнее время с Эшем происходит что-то ужасное! В академии о нем говорят жуткие вещи! О том… о том, что Эш теряет свой потенциал и чары! Что он болен! И сам он изменился. Эш почти не разговаривает со мной, не отвечает на вопросы, а самое возмутительное… — Алиссия вскинула умоляющий взгляд на мрачного Мариуса, прижала к лицу ладони. — Самое ужасное, он увлекся поломойкой!
— Алиссия, вы умная девушка. — Вандерфилд-старший позволил себе снисходительную усмешку. — И должны понимать, что мой сын еще молод. Дайте ему возможность осознать, что вы лучше всех…
— Вы не понимаете! — перебила Лисса королевского советника, и тот нахмурился. — Простите. Я очень переживаю. И боюсь, все гораздо серьезнее! Вы должны вмешаться! Вот. Вам надо это услышать.
Алиссия раскрыла свою сумочку, достала сережку. На серебристой дужке дрожала слезой бриллиантовая капелька. Советник протянул ладонь, всмотрелся в прозрачную глубину камня. Внутри туманились силуэты.
— Неужели это ловушка для мыслей? — изумился заклинатель. — Да еще и работы Шарлоты Берфлот, супруги самого Фердиона. Очень редкая и ценная вещь. В семьях основателей сохранились подобные реликвии, их свойства изумляют.