— Да, — смеётся она, — праздников у нас немного, но каждой женщине платье не помешает, даже если просто для себя.

Луна смотрит на меня внимательнее, я вижу, как она меня разглядывает, но в этом нет оценки, только тёплый, добрый интерес.

— А ты чем будешь заниматься?

— Я хочу попасть в команду Крейдена, — отвечаю, не отводя взгляда.

— Что?.. Нет. Он тебя не возьмёт, у нас женщины не выходят в пустоши, — отвечает она, явно ошарашенная.

— Посмотрим, — отвечаю спокойно. — Как он меня не возьмёт.

Луна качает головой, в её взгляде нет осуждения, только искреннее беспокойство.

— Где у вас тренировочная база? Где тренируется команда? — спрашиваю я.

— Я уже вижу, что ты задумала. Ты хочешь пойти на тренировку?

— Хочу.

— Кайра… Крейден будет в ярости, — говорит она с явным беспокойством.

— Не волнуйся за меня, — отвечаю спокойно, не отводя взгляда. — Я разберусь с ним. Где тренировки?

Луна сдаётся.

— В ангаре, — отвечает она. — На восточной стороне, там у них база.

— Спасибо.

— Пойдём завтракать, — добавляет она. — А потом мне пора на работу.

Мы выходим вместе, утро в Арее другое, светлое, люди не прячутся, не оглядываются, не сбиваются в тени, кто-то несёт ящики, кто-то чинит ограждения, кто-то разговаривает и улыбается, здесь никто не бежит, и при этом всё движется, город дышит.

В столовой нас встречает Марта, увидев меня, она улыбается так, как улыбаются тем, кого уже приняли.

— Садись, — говорит она. — Сейчас всё будет.

Мы завтракаем, Луна болтает, Марта подливает чай, делает это спокойно, по-домашнему, так, как делают те, кто привык заботиться, не задавая лишних вопросов, и от этого внутри поднимается что-то тихое, болезненно тёплое.

Потом всё постепенно стихает, разговор обрывается сам, мы поднимаемся. Я благодарю её тихо, но прямо, Марта кивает, смотрит внимательно.

Луна обнимает её коротко, по-домашнему, Марта отвечает тем же, и только после этого мы выходим.

Когда оказываемся на улице, Луна останавливается.

— Мне пора бежать. Увидимся позже?

— Да.

Она машет рукой и уходит.

Разворачиваюсь в другую сторону, к ангару, и иду медленно, осматривая город. Мысль цепляется сама собой, это место раньше было Сектором А. Я знаю это и не помню ничего. Память не возвращает ни улицы, ни дома, ни лица, только обрывки, длинные коридоры, холодный свет, шаги врачей, уколы и то состояние после, резкое, чужое, ломающее изнутри. Больше ничего.

Оглядываюсь по сторонам внимательнее. Большинство зданий вокруг жилые, небольшие и обжитые, но среди них выделяется одна старая база. Я задерживаюсь на секунду и смотрю на неё дольше, чем следовало бы. Камень, металл, следы прежнего назначения сразу бросаются в глаза, и на фоне остальных строений она выглядит иначе.