Я киваю и вежливо улыбаюсь шутке старика. А сам с замиранием сердца вспоминаю тысячи иголочек, впивающихся в кожу, и безудержное желание слиться с этими самыми кусками стекла, которое испытывал, прикладывая маски к лицу.
Интуиция взвывает сиреной, и я мысленно с ней соглашаюсь.
Мне нужны все эти маски. Я должен ощутить их кожей лица. Каждую оставшуюся. Ощутить и обрести что-то, таящееся внутри древних артефактов.
Высотка на Каланчевской — единственная, отличающаяся от остальных шести. Вопреки Дворянскому Кодексу и заложенным в него принципам формального равенства Великих Родов, ее расширили примерно вдвое по отношению к типовому проекту. Объяснение простое — красных магов намного больше, чем любых других.
Белокаменная громада устремляется к небу четырьмя острыми шпилями, окружая нас массивными стенами с узкими окнами-бойницами, и я непроизвольно ежусь. Квадрат синего неба над головой так же призрачен и далек, как истинная свобода, о которой я мечтаю.
Я останавливаю мотоцикл перед Главным входом, и с изумлением наблюдаю за снующими туда и сюда красноглазыми аристо разных возрастов. Их неприлично много.
— Нужно было соглашаться с предложением ехать в Архангельское, — недовольно ворчит Андрей, — но тебе же обязательно маску подавай.
— Буду должен! — примирительно заявляю я и морщусь от боли в мышцах пресса. — Когда будем ехать обратно, не сжимай мой живот словно клещами, ладно?
— Да ты вел свой Урал как сумасшедший — я чуть не обосрался, сидя за твоей спиной! — возмущается Андрей. — Обратно поеду на машине — не хочу лишиться башки в восемнадцать лет!
— Забыл, что я теперь одаренный, и со мной ты как у Разделенного за пазухой⁈
— Как у Темного в заднице, ты хотел сказать…
Двери высотки в очередной раз распахиваются, и на крыльце возникают братья Юсуповы, прилизанные и элегантные. Они облачены в черные приталенные смокинги, белые рубашки и красные бабочки под цвет глаз.
— Говорил же, что нужно костюмы напялить, а из-за тебя приперлись в джинсах, — продолжает нудить Андрей. — Выглядим как сраные бездари без гроша в кармане!
— Ты сегодня искрометен и легок: сама беззаботность и веселье! — говорю я, криво улыбаясь. — Я на такого Трубецкого не подписывался! Вечером пришлю ссылки на порно — тебе срочно нужно сдроч…
— Добро пожаловать, гости дорогие! — приветствуют нас Юсуповы, как обычно, синхронно.
— Добрый день! — отвечаем мы также синхронно, реализуя домашнюю заготовку.
— Твоя игра начинается! — шепчет Трубецкой сквозь зубы и широко улыбается в ответ на дружный смех братьев.
— А где бюст Основателя Великого Рода Красных? — спрашиваю я и оглядываю небольшой сквер, разместившийся во внутреннем дворе высотки.