«Я боюсь ступить туда, где была твоей девушкой. Фиктивной. Мы играли в любовь, где моя переросла в настоящую, искреннюю, сильную», — этот список горит у меня на языке, но я глупо поглядываю на Алекса в надежде, что сейчас он прочтет. Обязательно!
Но выражение лица Эдера меняется и становится похоже на железную маску, от которой веет холодностью и расчетом. Таким обычно видят Алекса во время гонок. Но я же успела узнать его и другим.
— Я понял. Не продолжай, — обрубает и словом, и своим тоном, и даже взглядом.
Его обида на меня заставляет чувствовать себя плохо. Представляю, как забираю слова обратно, с улыбкой отвечаю согласием, и мы вместе едем на трек с висящим на шее бейджиком «VIP» и паддок-пассом. Звучит как сказка. И какое счастье, что я в них не верю.
Алекс благородно подбрасывает меня до дома. Во время пути мы также молчим, погрузившись в радиопередачу и частые песни.
Прощаемся коротким кивком. Грустно. Ведь я уже скучаю.
Когда машина Алекса сливается с основным потоком, попадая в нехилую пробку, остаюсь стоять в каких-то разодранных чувствах. Мою рану разбередили и умчались, кинув в прорубь.
Накручиваю себя, размышляя, что Алекс добился своего и ушел. Обманул, как в прошлый раз. И слова о любви — типичная ширма, за которую спряталось желание в очередной раз поиметь наивную Марту.
Открыв дверь и переступив порог, меня накрывает слезами. Истерично грызу нижнюю губу, заглушая всхлипы. Сердце разрывается. Обнимаю себя руками и покачиваюсь. На моей коже его запах, а тело все еще ноет после последней близости.
Вот бы вернуться на яхту и признаться Алексу, что он нужен мне. Не только как мужчина, но и как друг. И в то же время я напугана. Не прощу себя, если вновь упаду в ту же яму из-за своих чувств и ошибусь. Не прощу…
Следующие пару дней между нами с Эдером возникает затишье. Ни сообщений, ни звонков. Предполагаю, что он занят. И это логично, да? Но каждый раз высоко подскакиваю, когда телефон подает признаки жизни. Я даже прерываю занятия по немецкому, которые успела забросить, заслышав звук входящего сообщения. И чуть не разбиваю телефон, прочитав о скидочном купоне в сообщении. Ох, как не вовремя они со своими «-30 % и только сегодня»!
В пятницу включаю трансляцию первой свободной практики, и первое, что показывает мне оператор, — Алекс — гонщик «Серебряных стрел», двухкратный чемпион. Черный с серебристыми полосами шлем, черный гоночный комбинезон, огнеупорные перчатки. Его форма не меняется из сезона в сезон.
Он ведет себя уверенно. В каждом движении заложено базовое спокойствие и легкое равнодушие. Такому и позавидовать можно. И лично бы попросила дать мне пару уроков самообладания: как при такой многотысячной толпе, сильном ожидании от чемпиона и невообразимой скорости оставаться ровным. Но я знаю, каких трудов ему это стоило, и в эту минуту рождается неисполнимое желание обнять гонщика и прижаться к его груди крепко-накрепко. Будто бы навечно.