Алан немного помолчал и продолжил.

— После войны по нашей инициативе Тито пригласил в Косово албанцев и дал им автономию. И это мы помогли написать им свою программу движения к социализму, «своим путём», поставив во главу угла «народное вече», фактически разрушив их государство. Экономика без государственного управления рушится. Однако возвращение сейчас к федеральному государству уже невозможно. Любой «откат» от самоуправления вызовет революцию суверенитетов. Это и было нашей целью. Создание точки напряжения на Балканах.

— С Югославией понятно. Ответь вот на что… Ты говоришь, «экономика без государственного управления рушится», но в Британии нет государственного управления экономикой.

Алан усмехнулся.

— Это так только кажется. Мы с тобой, чем занимаемся в открытом акционерном обществе?

Я пожал плечами.

— Разведкой?

— Государственным контролем. И таких, как мы, поверь, много.

— То есть, мы с тобой стоим на страже интересов государства?

— Стоим, да… Только, что по-твоему, такое — Британское государство?

Я снова пожал плачами, понимая, что простой ответ здесь не пройдёт.

— Государство, — это мы с тобой, Джон. Мы с тобой и ещё тысяч пятьдесят человек, которые защищают наши интересы. Это выскочки из среднего класса. А, по сути, нас, аристократов, около тысячи. И всё… Мы с тобой защищаем наши интересы. Интересы только нашего класса. Этому учат во всех «правильных» колледжах. Вот почему я сожалел, что ты не учился в наших школах. Твоя публичная школа в Саутхоле, это не «та школа». Поэтому тебе будет сложно меня понять. Каждого Британского аристократа с детства учат стоять на страже своих интересов, а значит интересов своего класса. Где бы он ни находился. Так же учат создавать и разрушать коалиции. Потому, что попав в возрасте шести лет в закрытый мужской коллектив, мальчик вынужден приспосабливаться к очень жёсткой, а иногда и жестокой иерархии, привыкать и учиться подчиняться и подчинять своей воле других.

Я многое понял после беседы с Аланом. То-то меня удивляло, как по телевизору в 2020 году в новостях говорили о том, что в Британии каждую зиму от холода в своих собственных домах умирают британцы. Спокойно так говорили.

Премьер министр Великобритании Джонсон, не сетуя, а спокойно объяснял, что отсутствие у населения денег на газ и уголь, это выбор каждого индивидуально. «Значит, они так захотели», — сказал он. — «Они потратили деньги на что-то другое».

Я понял, что настоящего английского аристократа, каким несомненно был Джонсон — отдалённый потомок короля Георга II, не волнуют эти проблемы. Он просто не понимает, почему он должен об этом думать. Средние классы должны сами решать свои проблемы.