И всё это время я лежу с открытыми глазами, уставшая до невозможности, но не способная заснуть.
***
Я почти доезжаю до работы, когда телефон в сумке начинает вибрировать. Вытаскиваю его, бросаю взгляд на экран — мама. Сердце тут же делает сальто.
Она редко звонит. Не потому что не хочет, а потому что я сама всё время ее избегаю. Потому что все еще не призналась, что Олег мне изменил и теперь моя жизнь изменилась до неузнаваемости.
Машина останавливается у обочины, я выхожу из такси, глубоко вдыхаю и принимаю вызов.
— Привет, мам.
— Лена, здравствуй, — голос у неё спокойный, но просто так она бы не звонила рано утром. — Ты не знаешь, что происходит в нашей квартире?
Я замираю.
— В какой… квартире?
— Ну не в той же, где мы с отцом живем сейчас. В городской. Той, что нам от бабушки досталась. Соседка сказала, что вчера там были люди — выносили мебель, заносили что-то новое. А до этого, говорят, клининг приезжал.
Я зажмуриваюсь.
— Мам, это… я всё организовала, — выдыхаю. — Я решила сдать квартиру. Пустует же. Лучше уж кто-то жить будет, чем она развалится окончательно. Я была там на днях, были жуть сколько. Мебель перекосилась.
На том конце наступает пауза. Очень долгая. Настолько, что я почти думаю, что связь пропала.
— А почему с нами не посоветовалась? — спрашивает мама.
— Прости, — шепчу. — Просто… Я хотела вам потом сказать. Когда всё устроится.
— Лена, — голос мамы мягкий, но в нем слышится тревога, — у тебя… всё в порядке? Ты почти не звонишь. Лерка давно не приезжала. Мы волнуемся.
Вот и всё. Пузырь лопается. Я делаю глубокий вдох, отрывая веточку у куста, рядом с которым застыла.
— Я… — вдох. — Мы с Олегом разводимся, мам.
Снова тишина. Только моё дыхание и шум утреннего города.
— Что?.. Лена, ты серьезно?
— Да, — говорю честно. — Это не… не спонтанно. Всё очень сложно, и я потом расскажу.
Я жду крика, упрёков, вопросов. Но она не кричит.
— Господи… — выдыхает она. — Ты... ты хоть не одна там? У тебя все хорошо?
— Всё нормально, правда. Я сняла квартиру. Работаю. Всё будет хорошо.
— Лена, — говорит она, уже почти шёпотом. — Просто знай… если тебе что-то нужно — хоть ночью звони. Мы рядом. И мы любим тебя, слышишь? Давай к нам приезжай сегодня, поговорим, расскажешь все. Я же места себе теперь не найду.
Я вдруг чувствую, как в горле встаёт ком.
— Хорошо, мам. Спасибо. Я… Вечером приеду тогда. Соскучилась по вам. Испечешь пирожков? Моих любимых?
***
— Ну что, рассказывай, — Лиза опускается на стул рядом. — Как у вас там всё прошло вчера?
Я отвожу взгляд в экран компьютера и делаю максимально безразличное лицо.