Николь, снимая эту тираду, эту клятву, высеченную в воздухе, сверкнула взглядом из-за камеры на бледную, как мел, девчонку, прятавшуюся за спиной председателя. Глядя на то, как та старательно прятала глаза, как ее тонкие плечи вздрагивали от подавленных рыданий, глава четвертого рубежа не могла отделаться от гнетущей, холодной мысли, пронизывающей весь ее восторг от речи Рэма. ' Первое — судя по услышанному и судя по тому, что донеслось из ее рации, когда она разговаривала с Рэмом… именно она. Именно эта спасенная Рэмом дочь профессора… она причина «героической» гибели выживальщика. Она виновата в том, что Вольдемар сейчас стоит здесь, истекая последней, уже холодной кровью на асфальт нашего нового «дома», а Рэм, ее Рэм, продолжает жить…'.
Девушке стало до отвратительного тошно, так как она осознала, что если перед ней самой стоял такой выбор — Вольдемар или Рэм, то Николь без колебаний бы поступила точно так же, как и София.
И этот контраст между пламенной речью их предводителя о будущем и ледяная ложь о добровольной жертве, скрытая в ее основе — заставили Николь снова крепче сжать камеру, продолжая фиксировать историю для большинства, которая разворачивалась у нее на глазах, как за кадром, слово за словом. Великий День для Цитадели только начинался, а кровавая цена за него уже была заплачена сполна.
02.01
4:17 утра.
Штабной вагон.
— Надеюсь, всем вам сейчас ясно, что этот секрет должен уйти с вами в могилу? — Я пристально посмотрел в глаза каждого, кто сейчас находился в штабном вагоне.
Подполковник легко выдержал мой взгляд и спокойно кивнул; бледный Леший утвердительно затряс головой, словно до сих пор прогоняя призраков из леса «проросших»; София согнулась в три погибели, так чтобы никто не встречался с ней взглядом; а Николь старалась не смотреть на стоящий позади меня опустевший костюм выживальщика с пробитой грудной пластиной.
— Молчание — знак согласия. Прекрасно. — Я простучал пальцами по крышке стола, толкнув пальцем откатившийся карандаш. — Тогда на этом наше маленькое заседание окончено. Можете идти отдыхать: через четыре часа нам предстоит новое сражение с зараженными, так что попрошу всех восполнить силы насколько это возможно.
— Рэм, — тихо обратился ко мне подполковник, — у меня возникла одна идея… на, я, на самом деле, давно ее хотел предложить, но времени на нее, млять, не было. Я хочу наведаться на один склад, на. Нашим людям позарез нужны стволы, особенно сейчас, когда зараженные поджимают нас со всех сторон, млять, и неизвестно еще, сколько их дойдет до города.