Азъ ни от кого не скрывал того, что он чуть ли не боготворит Рэма и не обращал никакого внимания на насмешки за его спиной. Это его нисколько не волновало. Глядя на их неверие он лишь отмахивался, никому не навязывая своих мыслей. Глава разведчиков твердо для себя решил, что чувство веры в их пророка личный выбор каждого. Ведь сам Рэм ни разу не призывал превозносить или по особенному выделять себя среди остальных. Однако председатель и не порицал подобное отношение к своей персоне, явно закрывая глаза на то, что небольшая часть граждан Цитадели верит в священную миссию Цитадели и пророка, ведущего граждан к её исполнению.

Азъ снова бросил короткий взгляд на то, как председатель кричит на механиков, занимавшихся установкой турелей, затем формирует расчеты людей из третьего возле пробелов между турелей. Оборона на стене стремительно превращалась из жалкой кучки ополченцев в грамотно расставленные силы, прикрывающие слабости друг друга.

Разведчик коснулся кулона шестеренки на своей шее и вздрогнул, буквально почувствовав на себе пронзительный и внимательный ко всем мелочам взгляд пророка. Пусть взгляд и был направлен на него со стены, даже через камеры шлема, но Азъ ясно понял, что в этот самый момент Рэм смотрит именно на него.

Поежившись от резкого порыва холодного ветра, Азъ ощутил, как ноги будто вросли в землю, а тело приковало к месту. В этот миг парень понял, что тяжелого разговора о его религиозных взглядах не избежать. Но бывший студент был к этому готов, более того, он даже желал этого.

Когда Рэм переключился на новую задачу, глава первого рубежа снова вернул себе возможность двигаться. Осознание вернулось к нему с острой болью в ладони, сжимавшей шестерню. Пульсирующая резь сменилась моментом осознания. Оно сдавило солнечное сплетение со страшной силой, вопрос в голове громыхнул со звуком разорвавшегося ГБО в одной из машин: «Смог бы Вольдемар руководить третьим рубежом в такой ответственный момент, так как это делал сейчас его пророк?». Ответом была гнетущая тишина опустившаяся на Цитадель, люди которой сейчас смотрели на то, как четырка по частям разлетелась в разные стороны.

***.

Появление людей Захария в пространстве между ангарами отвлекло меня от томительного наблюдения за догорающей преградой. К ним присоединился отряд зачистки из казаков и разведчиков и вся эта орава из пол сотни вооруженных мужчин побежала трусцой в мою сторону.

Стоявшие рядом воины из третьего рубежа заметно напряглись. Такое большое количество незнакомцев с оружием на нашей территории в любой другой ситуации легко могло бы стать проблемой. Однако сейчас, когда уже через минуту мог начаться штурм орды зараженных, не было времени на то, чтобы устраивать незнакомцам проверку. Чтобы сгладить этот щепетильный момент я решил также взять казаков под свое личное командование.