― Ты должен верить мне, ― начал объяснять я. ― Один сильный маг, имея в своем арсенале мощные заклинания, способен в одиночку уничтожить всю нашу армию. И я правильно сделал, что не открылся всем раньше времени. Они не ждут серьезного сопротивления. А оно будет… Я хищно усмехнулся. ― Скоро ты увидишь в деле Обжору. Поверь — это незабываемое зрелище.

― Да он и сам по себе — незабываемое зрелище, ― хмыкнул Ёж и мельком взглянул на сидящего рядом харна. ― Знал бы ты скольких усилий мне стоило успокоить народ! М-да… Своим появлением он устроил знатный переполох! Хех… Зато теперь, когда люди поняли, что эта зверюга за нас, враг уже не кажется таким страшным! ― Ёж разочарованно вздохнул и пробурчал: ― Зря только весь лес перекопали.

― Почему зря, ― возразил я. ― Ловчие ямы и ловушки, с какой бы стороны к ним не подойти, остаются таковыми. Ну, разве что ограды из кольев придется развернуть и замаскировать по новой.

― Уже отдал приказ, ― со вздохом произнес Ёж. ― Хотя люди устали. Перед боем лучше бы отдохнуть.

― Успеют и отдохнуть. А пока работают, меньше мыслей дурных в голову лезет.

― Тоже верно… Кстати, о мыслях… Уверен, что справишься с ними?

Это Ёж о хозяевах. Я его понимаю. Часто ловлю на себе его задумчивые взгляды. Раньше, до того, как я рассказал ему о себе, он шел воевать за свободу с махонькой искоркой надежды. Теперь же многое изменилось. Эта искорка разрослась в пламя уверенности.

Это пламя постепенно усиливалось после донесений Обжоры о немногочисленности наших противников. Точного количества харн назвать не мог по причине недостаточного уровня «разума», но примерное количество он обозначил ёмким: «Нас больше!». Надеюсь, на двадцатом уровне мы сможем сделать Обжору еще более разумным.

Информация начала подтверждаться, когда к нам стали приходить новые бойцы, бежавшие к нам с самого севера. Оказалось, что усмирять восстание было отправлено всего пять ладей. Практически пятикратный перевес в нашу пользу. Немудрено, что повстанцы воспряли духом. Некоторые, чересчур самоуверенные, считали нашу победу делом решенным. Плохо то, что большинство командиров не подпали под всеобщую эйфорию. Пришлось показать им пару трюков.

Предложил им попытаться пробить щит логова. Надо было видеть их рожи, когда их мечи и стрелы отскакивали от невидимой преграды. А когда я шарахнул тараном по деревьям, проделав тем самым небольшую просеку, на меня некоторое время даже боялись смотреть. Правда, потом, когда первый испуг прошел, их взгляды немного изменились. Страх не исчез, но и той паники уже не было. Но я кое-что понял в тот день. Для этих людей я никогда не стану своим. Сейчас, во время войны, союзник навроде меня — это полезно для дела. Но в мирное время… Меня всегда будут бояться. И это при том, что я продемонстрировал лишь самые простые мои заклинания. Хотя, может быть, во мне говорит тот старый Эрик, привыкший к человеческой злобе и нетерпимости.