А Шочипильцина и след простыл! Не появлялся и день, и второй, и третий. И куда, спрашивается, делся?
Бог надоумил принца обратиться к патеру Ольмедо, как раз заглянувшему в гости.
— Шочипильцин? — повторил святой отец. — Нет, не помню такого… Хотя! Не тот ли это паскудный слуга Сатаны, коего мне третьего дня притащили по показаниям служителя препоганейшего демона Тлалока? Да-да, кажется, именно так его богомерзкое имя — Шо-чи… дальше, прости Господи, и не выговоришь!
— Да где же он?
— Сидит у меня в яме, — довольно сообщил патер. — Арестованные говорят: этот самый упертый! Из самых гнусных — гнуснейший. Я пока с ним и не говорил — держу…
— Так позволь мне поговорить!
— Э, нет, сын мой! При всем к тебе уважении — сначала я! Таковы уж наши правила.
— Ну что ж, правила так правила, — пряча глаза, кивнул принц.
Ну, и как же будет разговаривать со жрецом сей достойный падре? Уж конечно, не через донью Марину. Через Сиуа, через кого же еще-то?
Однако после допроса первым явился патер, а вовсе не сын архитектора. Уселся, очумело вращая глазами, и только попросил:
— Воды… Уф… Этот ваш жрец!
— Что такое? Он что же, не отрекся от своих ложных богов?
— Отрекся, и сразу же! Даже больше того… Изъявил желание стать епископом!
…Дело не может быть прекращено, имеется новый факт.
Судов в озерном городе Шалтокане хватало. Разных: прогулочных ладей, украшенных изысканной резьбою, плоскодонных и широких грузовых барок, способных принять на себя немаленький груз, юрких каноэ из прочной, выделанной особым образом коры, долбленок с противовесами и без, плотов разного рода, некоторые даже с выстроенными на них хижинами. Чего только не было!
Когда лодки почтека медленно проплывали вдоль пристани — кормчий искал свободное место, — Куатемок с большим интересом осматривал покачивающиеся у причалов суда, прикидывая, а смогут ли мастера-лодочники построить килевое судно? И все больше сомневался: нет, без помощи испанцев вряд ли… Значит, нужно найти таких испанцев — сведущих в постройке судов людей… Или все-таки смогут? Вон та прогулочная ладейка — в общем-то, не самых простых форм. И шпангоуты, поди, имеются, и все прочее.
— Скоро причалим, — склонившись через борт рядом с принцем, произнес один из приказчиков — высокий, с вечно растрепанными волосами парень. — Наконец-то!
Куатемок усмехнулся:
— Что, надоело плыть?
— Так ведь если бы не дождь…
Да, под дождь попали, и весьма даже неплохой, настоящий ливень, едва не затопивший барки. Пришлось срочно приносить жертвы богу грозы и дождя Тлалоку, а заодно — и озерной богине Чальчиутиликуэ, хорошо, ушлые лодочники захватили с собой индюков — как раз для такого вот случая. Вообще-то, уже приближался пятый месяц года — сезон «засухи», но иногда еще дождило, если священный ветер Эатликуэ не успевал вовремя разогнать тучи.