Вскоре в мой кабинет вошёл Игнатий Платонов. Выглядел он больно серьёзным, даже торжественным.

— Сын, — начал он, усаживаясь напротив. — Завтра ты защищаешь не просто своё имя. Честь всего рода Платоновых, память наших предков — всё это будет с тобой на поле.

— Я знаю, — отозвался я безмятежным голосом.

Внутренне вся эта суета очень меня удивляла. В прошлом дуэли были обычным делом — способом разрешить спор между равными. Я дрался десятки раз. Это было так же естественно, как утренняя тренировка с мечом. А здесь все ведут себя так, словно завтра конец света. Платонов-старший говорит торжественно, Василиса переживает, даже Коршунов выглядит напряжённым. Для них это событие века, для меня — просто очередной вторник. Впрочем, я понимал их волнение — в этом мире дуэли стали редкостью, театральным представлением, а не рутинным способом защиты чести.

— Наш род всегда славился воинами. Твой прадед… Он не отступал перед врагом. И ты — достойный продолжатель традиции.

Игнатий ещё ещё час рассказывал истории о традициях, о чести, о долге перед родом. Как напутствие. Как благословение.

Сразу после него дверь тихо приоткрылась. Василиса проскользнула внутрь, её зелёные глаза блестели в полумраке.

— Ты же не думаешь, что они будут играть честно? — спросила она без предисловий.

— Сабуров? Конечно, нет. Но это неважно.

Княжна подошла ближе, скрестив руки на груди.

— Как это неважно? Они могут подготовить любую пакость! Эта змея подколодная может и яду плеснуть, и снайпера на крышу посадить.

— Если я паду от подлости — вся страна это увидит, — я встал с кресла, подходя к окну. — Но не нужно меня хоронить раньше времени, Василёк. Кто бы ни пришёл завтра, они увидят, что такое настоящая сила.

Она помолчала, подавив улыбку, затем тихо произнесла:

— Просто… будь осторожен.

Ближе к ночи наш небольшой кортеж въехал в Покров. Всю дорогу я ожидал засады — после недавних разгромов их ратных компаний в Николополье и других местах Сабуров вполне мог попытаться убрать меня чужими руками ещё до начала дуэли. Однако путь прошёл спокойно — видимо, уцелевшие наёмники пока зализывали раны и не рисковали связываться.

Город встретил нас напряжённой атмосферой — казалось, воздух звенел от ожидания. На улицах толпились люди, многие приехали из соседних княжеств посмотреть на дуэль. Город явно разделился на два лагеря — одни поддерживали меня, другие надеялись на моё поражение.

В гостинице «Три медведя» нас уже ждали подготовленные комнаты. Едва я устроился, как доложили о визитёре. В комнату вошёл щеголеватый молодой человек в дорогом камзоле — представитель Сабурова.