Взгляды скрестились. Маски-черепа против скрытых тканью лиц. Восемнадцать фигур в тумане. Восемь из них ещё были людьми.
Секунда до того, как тишина взорвётся болью.
И все одновременно бросились в бой.
Мгновение тишины сменилось стремительным движением. Молчаливые фигуры рванулись друг к другу сквозь клубящийся туман, но ни единого крика не вырвалось сквозь стиснутые зубы — инстинкт самосохранения сковал голосовые связки крепче любых кандалов.
Марина Соколова скользнула влево, её тело среагировало на атаку до того, как разум её осознал — чужой кастет со свистом рассёк воздух там, где мгновение назад находилась её голова.
Противник не замедлился после промаха, мгновенно перешёл в серию ударов, вынуждая её отступать. Она развернулась на пятке, тычковые ножи стали продолжением кулаков — правая рука метнулась вперёд молнией, целясь в горло.
Враг дёрнул подбородок вниз, прикрывая сонную артерию, но опоздал на долю секунды. Клинок пробил плоть под краем маски-черепа, задев лишь мышцы вместо артерии — удар пришёлся не туда, сместился на сантиметр. Кровь брызнула, но не фонтаном. Оппонент даже не замер от боли — его левая рука с коротким тесаком уже метнулась к её боку с нечеловеческой скоростью.
Соколова попыталась отскочить, её усиленные рефлексы кричали об опасности, но противник предугадал манёвр, и лезвие полоснуло её бок, когда она дёрнулась назад. Глубокая рана раскрылась от подмышки до рёбер, тёплая кровь хлынула по боку, заливая одежду.
Марина заблокировала следующий удар кастетом, подставив предплечье — металл врезался в усиленную кость с оглушительной силой, кость затрещала, но выдержала натиск, который размозжил бы руку обычного человека. Не давая врагу развить атаку, она нырнула под его размах и вонзила левый нож в глазницу маски. Металл негромко скрежетнул по стали, заставив два десятка человек напрячься, но боец Гильдии качнул головой быстрее, чем она ожидала — кончик лезвия соскользнул, оставив царапину. Враг контратаковал мгновенно, используя её инерцию — его кулак с кастетом обрушился ей на пресс сокрушительной мощью.
Соколова отлетела на метр, её усиленные мышцы едва погасили удар. Охнула, пошатнувшись, борясь за равновесие. Желчь подступила к горлу, внутренности словно сместились от удара. Девушка согнулась, прижимая руку к животу, где уже наливался синяк размером с ладонь. Не будь её органы укреплены Реликтами, непременно лопнули бы. Даже так она ощутила острую, пульсирующую боль.
Противник не дал ей передышки — метнулся к ней, двигаясь быстрее, чем должен был при ране на горле. Кровь стекала по его шее, но он атаковал так же стремительно, словно ничего не произошло. Силуэт тесака из странного явно Реликтового металла искажался, делая его траекторию трудночитаемой.