— Ситуация хуже, чем казалось. Фундамент залит, первый ярус стен возведён на три метра из пяти. Но вчера обнаружили новую проблему — часть залитого бетона дала трещины из-за подвижек грунта. Беспалов говорит, нужно укреплять основание. Казематы не готовы, артиллерийские позиции не оборудованы, минные поля не установлены. По самым оптимистичным расчётам, нужно ещё две недели…
Генерал Пётр Алексеевич Хлястин замер на балконе владимирского дворца, глядя на площадь внизу холодным оценивающим взором военного профессионала. Октябрьский ветер трепал красные знамёна с коронованным золотым львом, нёс с собой запах надвигающейся зимы — смесь сырости, опавшей листвы и древесного дыма из городских печей. Небо затянуло свинцовыми тучами, угрожавшими первым снегом, и генерал невольно поёжился под мундиром, хотя холод едва ли был причиной его дискомфорта.
На площади толпились зеваки — купцы в тёплых кафтанах, ремесленники с любопытствующими лицами, старухи в платках, пришедшие проводить сыновей и внуков. Кто-то молился, сжимая крестик, кто-то плакал, утирая слёзы краем платка. Женщины обнимали мужей, дети цеплялись за отцовские ноги. Внизу фыркали лошади, запряжённые в повозки с провиантом, бряцали доспехи и оружие. Воздух пропитался характерными запахами военного сбора: конским потом, металлом начищенных клинков и артефактов, маслом для кожаных ремней. Но над всем этим витал другой аромат — тяжёлые, приторные, дорогие духи аристократов, разодетых словно на бал, а не на войну.
Хлястин прищурился, оценивая выстроившихся на помосте магов. Вторая попытка сбора Боярского ополчения благодаря усилиям патриарха Воронцова оказалась результативнее. Около двухсот человек из шестидесяти боярских родов — вместо ожидаемых трёхсот из восьмидесяти.
Генерал за тридцать лет военной службы насмотрелся на разное, но подобное пренебрежение княжеским приказом удивило даже его. Впрочем, удивило — не значит шокировало. Аристократы оставались аристократами: когда запахло настоящей опасностью, они всегда находили причины остаться дома. Солдаты у костра частенько шутили: «Не понос, так золотуха — это точно про дворян».
Взгляд генерала скользнул по рядам. Слева стоял седой ветеран лет пятидесяти в потёртом, но добротном доспехе — бывший Стрелец, судя по выправке. Он спокойно проверял крепления на артефактной кирасе, попутно давая советы молоденькому магу рядом, который нервно теребил ремешки, соединяющие жезл с его запястьем. Хлястин одобрительно кивнул про себя — вот это настоящий солдат, знающий цену дисциплине и подготовке.