Марья растворилась в тумане, словно её и не было. Через фамильяра я наблюдал, как тёмная фигура скользнула к задней стене часовни — там, где старые доски давали достаточно выступов для подъёма. Брагина двигалась абсолютно беззвучно, каждое движение выверено до миллиметра. Результат алхимических улучшений — человек превращался в идеальную машину для убийства.

Часовой на колокольне курил, опёршись на деревянное ограждение, и лениво осматривал туманные окрестности. Марья поднималась по стене, как паук — цепляясь за малейшие неровности, используя силу пальцев и безупречное чувство равновесия. Через минуту она уже висела под самой площадкой колокольни.

Ещё секунда — и Брагина бесшумно перекатилась через край. Часовой даже не успел обернуться. Девушка оказалась за его спиной в мгновение ока. Левая рука легла на рот, намертво блокируя любые звуки, одновременно дёрнув голову назад и обнажив шею. Правой рукой, в которой уже поблёскивал клинок, она с силой провела лезвием поперёк горла — одним быстрым движением, как мясник разделывает тушу. Клинок вошёл глубоко, перерезав и трахею, и сонные артерии. Противник судорожно дёрнулся, пытаясь вырваться, но силы стремительно покидали его тело вместе с жизнью — кровь хлестала из рассечённых сосудов, заливая грудь, а лёгкие заполнялись красной пеной.

Секунда, другая, и он уже оседал назад, поддерживаемый нашим снайпером.

Брагина подхватила падающее тело, не давая ему с грохотом рухнуть, аккуратно опустила на пол колокольни, а через миг заняла позицию у ограждения. Подняла винтовку, настроила прицел. Вся операция заняла меньше трёх минут.

— Позиция занята, — донёсся её приглушённый голос через амулет связи. — Обзор отличный.

Через Скальда я продолжал наблюдать за центральным домом. Дверь распахнулась, и вышел крепкий бородатый мужчина в тактической куртке — командир, судя по уверенной манере держаться. За ним высыпали ещё трое человек.

— Хватит жрать водку как свиньи! — рявкнул офицер, заговорив с неожиданной сильным кавказским акцентом. — Ахмед, Рустам, будите остальных! Через час выдвигаемся!

— Зачем так спешить, Аслан? — возразил один из наёмников. — Можно задержаться, ещё развлечься и потом пустить под нож и эту деревню тоже. Наверняка ведь присягали Платонову, как и другие.

— Идиот! — командир замахнулся, но сдержался. — Нам дали список деревень для зачистки. В нём Николополья нет! Хочешь, чтобы князь нам бошки поотрывал за самодеятельность?

— Да кто узнает…

— Заткнись! Собирайтесь, я сказал!

Наёмники нехотя начали расходиться, пиная двери домов и матерясь на смеси русского и кавказских диалектов.