— Чего церемониться? — добавил третий. — Стены недостроены, гарнизон слабый — возьмём наскоком!

Хлястин начал объяснять:

— Господа, укрепления выглядят слабее, чем есть на самом деле. Это может быть ловушка. Шапкозакидательство несёт угрозу всем нам. У них современная артиллерия и пулемёты для перекрёстного огня…

— Генерал, — перебил боярин высокого ранга, — мы не просим вашего мнения. Мы требуем немедленного штурма. Или вы сомневаетесь в доблести русского дворянства?

«Недалёкие дураки, — мысленно презрительно отметил Воронцов, глядя на распалённых бояр. — Готовы положить половину армии ради того, чтобы поскорее вернуться к тёплым каминам и горячим ваннам. А Хлястин… старый вояка не способен навести железную дисциплину. Слишком привык прогибаться под князя. Впрочем, пусть эти идиоты получат урок…»

Климент Венедиктович наконец счёл нужным вмешаться:

— Господа, не стоит горячиться. Генерал Хлястин — опытный военачальник…

Но даже его влияния не хватило, чтобы образумить разгорячённых аристократов. Воронцов понимал — бояре составляли самую сильную магическую часть армии, без них штурм невозможен.

— Как прикажете, господа, — сдался Хлястин. — Но я настаиваю хотя бы на артиллерийской подготовке.

Компромисс нашли быстро — пятнадцать-двадцать минут обстрела, затем штурм.

Ратмир Железнов спокойно заявил:

— Мои бойцы пока останутся в арьергарде. Развернём наступление, если вам удастся организовать прорыв.

— Трусите? — насмешливо бросил кто-то из бояр.

Представитель Гильдии Целителей лишь холодно улыбнулся, не удостоив оскорбление ответом.

Хлястин мрачно отдавал приказы командирам. Капитан Плещеев из «Булата» и другие наёмники переглядывались — все понимали, что это авантюра. Зато бояре пребывали в приподнятом настроении.

— К вечеру будем в Угрюме! — радостно восклицали они, обсуждая подходящие к атаке заклинания. — Размажем эти хибары по брёвнышку!

Вскоре десяток гаубиц армии Владимира развернулись веером в четырёх километрах от южного форта — на комфортной дальности для навесной стрельбы. Артиллеристы замерли у орудий, ожидая команды.

— Огонь! — рявкнул офицер.

Грохот первого залпа заставил бояр зажать уши. Снаряды по высокой траектории понеслись к невидимому отсюда форту. Корректировщики с холма передавали результаты — фонтаны камня, земли и щепок взметнулись у стен. Не успел рассеяться дым, как с укреплений ответили.

Не прошло и минуты, как в воздухе засвистели ответные снаряды. Артиллеристы Угрюма продемонстрировали мастерство, вычислив позиции вражеских гаубиц.

Первый снаряд упал в десяти метрах от крайнего орудия — фонтан грязи окатил расчёт.