– Думаешь, будут проблемы?
– Проблемы? – он усмехнулся, только нихрена не весело. – Да мне пиздец, Матвей. К тому же, ему уже известно, что я бросил университет. Это же для него как нож под рёбра. И я уверен, что он мне в ответ не один воткнёт. Отбегал я своё, Матвей, сечёшь?
Кажется, дела у Стаса были ещё более дерьмово, чем я мог предположить изначально. Я знал, что у него проблемы с отцом, и в Москве он живёт с матерью и младшей сестрой, которую его мама родила от другого мужчины. В свои двадцать Стас мог проявлять себя достаточно взрослым и осознанным, чтобы заботиться о них. Благо наши гонорары позволяли это делать.
Он мало рассказывал нам с парнями об отце, говорил только, что тот занимается бизнесом и живёт в Сочи, что он довольно властный человек, и они сильно не ладят. Отец разочарован в Стасе, потому что тот не хочет быть тем, кем его хочет видеть отец.
Мне всегда было сложно его понять. У меня не было ни отца, ни матери. Только Шорохов, который был единственным, когда-либо проявившим обо мне хоть какое-то подобие заботы человеком. Я даже думал не раз, как бы я поступил на месте Стаса, смог бы договориться с отцом, найти компромисс или нет. Он ведь не чужой человек, и ему, судя по всему, не всё равно.
Но одно дело представлять себя на месте другого, другое же быть в самой ситуации. И то, в какой сейчас был Стас, ему явно не нравилось.
– Ну… ты ведь взрослый, Стас, может, просто поговорить с отцом по-взрослому? – Я попробовал озвучить то, во что и сам не очень-то верил. – Ну что, по факту, он может тебе сделать? Ты сам волен выбирать свой путь, брат.
– О, МаЗ, – покачал головой, скривившись, Бонаев. – Самому выбирать свой путь – это не про нашу семью. – Он сделал большой глоток пива и со стуком поставил бутылку обратно на столик. Отложив гитару, Стас взъерошил короткие светлые волосы, потёр ладонями лоб и опёрся локтями на колени, а потом поднял голову и серьёзно посмотрел на меня.
– Ты просто не в курсе, кто мой отец, Матвей. Я не говорил, и мне жаль, но я хотел обезопасить группу. Потому что… мой отец – настоящий мудак. И поверь, он мог сильно подпортить то, что мы имеем сейчас, – Стас откашлялся и напряжённо выдохнул. – Бонаев – это фамилия по матери. Я взял её, когда мы переехали в Москву после их развода. А отца моего зовут Владимир Морозов. Слышал о таком?
Нихера себе. Просто… нихера себе.
Конечно, я слышал о Владимире Морозове – известном на всю страну миллиардере. У него бизнес в сфере энергетики и слава очень жёсткого человека.
– Неожиданно. – Я вскинул брови, не сразу находясь, что сказать.