Девчонки переглянулись.
– Ладно, – махнула рукой Эля. – Но молчать о таком – преступление!
Я не успела даже ничего сказать, как она схватила свой смартфон и навела на меня камеру:
– А вот и наша девочка! Та, что выиграла эту жизнь, выиграв свидание с «Тотем», – Эля расплылась в своей фирменной идеальной улыбке. – И-и-и… посмотрите, в чём она пришла под утро! В Толстовке самого Матв…
– Эля! – Я, спохватившись, закрыла камеру ладонью, но подруга рассмеялась.
Эля была довольно успешной и популярной блогершей, у неё только в Тик Ток было больше пятидесяти тысяч подписчиков!
– Ты же не… – я посмотрела на неё округлившимися глазами. – Ты же не «кружочек» снимала?!
– А что в этом такого? – Надулась Эля. – Это же круто! Ты только представь! Весь университет будет…
– Эля! – Я прикрикнула на подругу. – Ты очумела? Удали сейчас же!
Она стушевалась и поникла, поняла, что на эмоциях сделала то, что задело меня. Эля – хорошая подруга, но иногда её заносит, и она потом сожалеет о своей импульсивности.
– Блин, – Эля подняла на меня виноватый взгляд от экрана смартфона. – Я удалила, но было уже сорок три репоста.
Вот же блин… удалённое видео не исчезает из репостов.
Прикрыв глаза, я отвернулась, пока Эля и Ждана притихли за спиной. Стащила толстовку Матвея и бросила её на свою кровать. Ещё раз написала маме, а потом вытащила из шкафа полотенце, свежее бельё, накинула на платье халат и побрела в душ, очень надеясь никого не встретить по пути.
Закрывшись в кабинке, я разделась и встала под душ. Прикрыла глаза, когда кожи коснулись горячие струи воды.
Я попыталась расслабиться, и вроде бы начало получаться. Мышцы отдались лёгкой болью, которая бывает, когда долго находишься в напряжении, а потом пытаешься расслабиться. Но вместе с этим в груди начало жечь.
Всё, что произошло со мной вчера, казалось нереальным. Было ли это вообще?
Было.
И встреча с любимой группой, и стрельба, и чужая пустая постель.
И губы Матвея Зимина на моих. Его руки на моей талии.
При воспоминании о прикосновениях МаЗа, я сжала ладони в кулаки и упёрлась в стену. Внутри бурлил очень странный коктейль – к восхищению и обожанию, которые я испытывала к нему раньше, добавился страх. Матвей Зимин действительно теперь пугал меня.
И весь этот коктейль, разлившись по венам, заставил кожу пойти мурашками даже под струями горячей воды.
Я знала, что этот эпизод остался в прошлом, что я больше никогда его не увижу в реальности, но внутри странно жгло. Всё, чего мне сейчас хотелось, это вставить в уши наушники и включить его голос.
Именно это я и сделала, выйдя из душа. Даже отказалась от завтрака, хотя девчонки настойчиво предлагали. Игнорируя, что сейчас в самом разгаре день, я закуталась в свой банный халат и забралась под одеяло, а потом включила на повтор Тотемовское «Чудовище», заново раз за разом проживая смысл текста и теперь точно понимая, о чём эта песня. А точнее, о ком.