— Правда, Ир. Абсолютная правда, — мой голос звучал совершенно спокойно но, чёрт побери, кто бы знал, чего это стоило. — Именно это я и хотел спросить у нашего Шайрихана-Абдулазиза. Но только ведь вот заковыка. Если бы я это сделал, моя Рей никогда бы меня не простила. Я сам себя никогда не простил бы.

— Почему? — еле слышно повторила бывшая пленница.

— А ты просто представь себе, что она — это ты.

Несколько долгих секунд королева смотрела на меня своим изумрудно-фиалковым взглядом, и я вдруг почувствовал, что рассыпаюсь под этим взглядом на тысячу мелких осколков.

— Ты прав, Дим. А я неправа, — призналась она со вздохом. — Если бы я узнала, что ради меня ты пожертвовал кем-то другим, ты стал бы в моих глазах вторым Пирапалусом.

Вместо ответа я просто кивнул и повернулся к «Абдулазизу».

— Закончили? — поинтересовался тот будничным голосом.

— Да, — сказали мы в унисон.

— Тогда слушайте…

Через минуту я уже стоял возле Малого алтаря — в правой руке Байаль, в левой рука королевы, а между ними белая пирамидка с багровым глазом.

— Ты точно в этом уверен? Не пожалеешь? — прошептала Ирсайя. — Ведь без Байаля ты не сможешь вернуться в свой мир.

— Плевать! — мотнул я плечом. — Мой камень пришёл и ушёл, если надо, найду ещё, а такая, как ты, в этом мире единственная… И ты, Малыш, тоже, — подмигнул я обиженно вскинувшемуся тигрокоту.

— Ладно. Давай. Я готова, — смирилась бывшая пленница…

«Чтобы открыть дорогу, надо использовать силу источника, — объяснил мне „привратник“. — Королева Ларанты использовать Малый алтарь не способна. Но ты — не она. У тебя есть белое „Око“, принадлежащее прежнему контролёру. У тебя есть полный энергии камень Байаль. И, самое главное, ты уже производил передачу энергии от алтаря к священному зверю через амулет-медальон. По-моему, всё очевидно. Не понимаю, почему ты до этого сам не додумался…»

Он, конечно же, преувеличивал. Догадаться-то я наверное смог бы, но только в общих чертах. А вот до того, что энергию алтаря надо преобразовывать дважды — сначала через Байаль, а после через иммунность, я сам никогда не допёр бы…

Камень Байаль погрузился в алтарный конус и прилип к его стенкам, а следом за ним к источнику силы прилипла моя ладонь. Тянуть оттуда магию времени я не умел, в прошлый раз она вытекала сама, стремясь к знакомому «Оку», которое при Пирапалусе являлось «посредником». Сейчас эту функцию оно выполнять перестало, и Малый алтарь, даже не будучи чем-то разумным, это откуда-то понимал. Поэтому, собственно, и приходилось работать с его энергией через «прокладки».