Судя по паузе, перед «нанимателями» шеф проглотил «хозяева». Значит, все он прекрасно понял. Еще бы не понять! Тут не только ошейник, тут и манеры… Но со свойственным ему тактом Мурчалов не захотел лишний раз смущать клиентку.

Хотя, если для прогулки Мягколап ошейник не сняла, может быть, она не так уж и стесняется?..

С другой стороны, у меня не было возможности рассмотреть ошейник и увидеть, можно ли открыть такую застежку, как на нем, лапами. Может быть, у нашей клиентки и не было возможности его снять?

— Нет, обращаются со мною хорошо, нареканий нет, — Мягколап снова совсем человеческим жестом опустила глаза. — Только мне кажется, что господин Вельяминов занялся чем-то незаконным!

Надо же! Этого я не ожидала. Вообще говоря, я склонялась именно к первоначальной гипотезе шефа: нашу клиентку кто-то обидел.

Я заняла свое собственное рабочее место — маленький конторский столик — и приготовилась записывать самое важное из того, что говорит клиентка. То, что последнее время мне чаще приходится прыгать из окон и сбегать от злых ученых, чем заниматься своими непосредственными обязанностями, еще не значит, что этими обязанностями допустимо манкировать!

— Вот как, — проговорил шеф. — Вы уже обращались в полицию?

— Обращалась, но они отказались принять мою жалобу. Однако инспектор направила меня к вам. Она сказала, что в этом деле вы, скорее всего, сможете помочь.

— Инспектор Салтымбаева? — тут же спросил шеф.

— Не знаю… не помню, как ее звали, — вздохнула кошка. — Это было три дня назад, мне не так-то просто выкроить время, чтобы выбраться из дома. Я смогла явиться к вам только сегодня, и многие подробности уже просто поблекли… — она похлопала глазами, совсем как человеческая прелестница.

Неужели она кокетничает с шефом? Ну и ну!

Конечно, я не раз наблюдала, как другие кошки заигрывают с Мурчаловым — несмотря на свои солидные объемы, по кошачьим меркам он мужчина очень даже видный. Но никто из них не доходил в своих манерах до такого подражания людям. Потереться боком, положить хвост на спину… Может быть, посмотреть в глаза, а потом эти глаза картинно прикрыть… Виктуар Хвостовская иногда даже позволяла себе слегка куснуть шефа за ухо.

Мягколап же вела себя очень по-человечески. Слишком по-человечески для генмода. Может быть, это характерно для всех питомцев по найму?

— Хорошо, — кивнул шеф. — Тогда расскажите, почему вы заподозрили Вельяминова в нарушении закона?

И Мягколап рассказала.

По ее словам, к хозяину дома стали заходить какие-то подозрительные личности, он начал чаще оставаться на работе или работать по выходным, притом на вопросы жены и детей отвечал уклончиво, односложно. Жена стала плакать вечерами, подозревая, что супруг завел любовницу, и устроила Мягколап допрос с пристрастие. Ей хотелось знать, не пахнет ли от него посторонними женщинами.