Конечно, со временем появилось значительно больше возможностей трудиться за достойную плату. Да и люди привыкли к тому, что можно встретить генмода-учителя, бухгалтера или даже врача — вот взять хотя бы козла Матвея Вениаминовича Рогачева, к которому шеф недавно водил Ваську на осмотр. Но все же у тех, кто по тем или иным причинам не смог получить высшее образование, вариантов не так много. И домашний питомец — самый из них доступный.

Насколько я знала, многие генмоды относились к этому выбору с презрением. Никогда не понимала причин такого положения дел. Ведь многие работают в семьях гувернерами и гувернантками, няньками и личными ассистентами — особой разницы лично я не вижу! Но их это париями не делают. А «чистые» домашние питомцы почему-то подвергаются остракизму.

— Пойдемте, — решительно сказала я, откладывая инструменты. — Я провожу вас к Василию Васильевичу.

Василия Васильевича я застала за разбором почты. Точнее, за просмотром пачки уже отсортированных писем, которые я отложила для него тем утром. Обычно их просмотр отнимает у него немного времени, но в этот раз одно письмо его особенно заинтересовало. Что интересно, это было приглашение на какой-то светский раут, калиграфически выписанное на толстой кремовой бумаге — обычно шефу хватает одного взгляда на них, чтобы отправить в корзину.

— А, Анна, полюбуйтесь, что мне прислали… — начал он ироничным тоном, едва я вошла в кабинет.

И осекся, увидев нашу гостью.

— Доброго вам дня, мадам, — вежливо проговорил Мурчалов. — Чем могу быть полезен?

Ксения Мягколап прошествовала через кабинет изящной походкой и так же грациозно вспрыгнула в кресло. Большинство котов ходят элегантно с точки зрения людей, но тут моему взору предстало нечто невообразимое: Мягколап полностью оправдывала свою фамилию, словно плывя над полом! И при этом не было впечатления, что она старается специально или годами вырабатывала такую походку (хотя усилия, несомненно, приложить должна была). Удивительно.

— Меня зовут Ксения Олеговна Мягколап, — проговорила генкошка с застенчивостью, которая выглядела по-театральному мило, и в то же время притворной не казалась. — Я состою на службе в хозяйстве старшего секретаря магистрата Инессы Вельяминовой и ее мужа, тренера боевых искусств Ивана Вельяминова.

Взгляд, который она бросила на Мурчалова, показался мне довольно нервным: мол, сейчас он спросит, в каком таком качестве она состоит на службе, и это будет конец!

Но шеф только кивнул головой.

— Прошу вас, продолжайте. У вас возникли какие-то неприятности. Ваши… наниматели вас обижают?