(Даари про себя взмолилась всем богам, чтобы ничего такого ей делать не пришлось.)

Самое трудное с побегом оказалось выбрать время. Лекарь во время осмотров отбросил всякое притворство и перестал сообщать ей, как идут дела; даже срок не сообщал — а сама Даари счет времени почти потеряла. Окон ведь в комнате не было. Даари прикидывала, что приближается (а может быть, уже и настала!) тридцатая неделя. Это значит, что, теоретически, девочки уже смогут выжить, если их достать из живота; рискованно, конечно, но Даари теперь не так уж и нужна похитителям — если они охотились именно за семенем Дракона (а по всему выходило, что так). Действовать нужно было быстро. Но наверняка.

Это был самый страшный вопрос, который Даари задавала себе на протяжении тех бесконечно долгих дней: сегодня? Сейчас? Пожалуй, еще рано, она еще не достроила до конца свою трехмерную карту, и пальцы еще не совсем ловко двигаются — но не войдут ли прямо сегодня к ней лекари в защитных костюмах, не усыпят ли с тем, чтобы ей никогда не проснуться, а ее малышкам завершить их короткую жизнь на лабораторном столе⁈

В конце концов Даари удалось, наконец, нащупать то, что она искала: явный и несомненный путь наверх. Не очень удобный; более того, она не могла сказать наверняка, сумеет ли воспользоваться им в своем нынешнем состоянии. Но ждать дальше она не смела. Живот стал таким громадным, что Даари искренне удивлялась, как ей вообще удается ходить; изжога не прекращалась, сердце все время колотилось как бешеное. Еще немного, и она просто не сможет двигаться.

А идти придется быстро, потому что за ней будут охотиться. Оценить расстояние во время медитации было трудно, однако ей казалось, что маршрутом, который она себе наметила, можно пройти примерно за сутки… Если, конечно, там на пути нигде не встретится пропасть или завал (разрешающая способность видений Даари не позволяла визализировать все препятствия). Да и свою пешую скорость Даари измерить не могла. Правда, в любую свободную от медитации минуту она наматывала бесконечные круги по коридору, чтобы хоть немного потренироваться — но это, понятное дело, совсем не то… Не говоря уже о том, что этих «свободных минут» выпадало ей не слишком много.

…Когда Даари поняла, что дальше ждать бессмысленно, она медитировала прямо на кровати (ей повезло нашарить полумертвый магический канал, который проходил через всю ее комнату, коридор и убегал в хитросплетения коридоров за фальшивой стенной панелью).

По ее личному счету был вечер, то есть проснулась она часов за восемь до этого. Она спросила себя, не стоит ли, по крайней мере, перед опасным предприятием еще раз выспаться в кровати. Решила, что нет, не стоит: осмотра лекаря давно не было, кто знает, может, его нелегкая принесет прямо «с утра» — а Даари теперь боялась этих осмотров. Ведь на любом из них лекарь мог принять решение о том, что свою функцию инкубатора она уже отработала. Кроме того, с каждым днем спалось ей все хуже, и сон приносил все меньше отдыха.