Ого! А ведь, пока Даари наблюдала за движениями Гешвири, она почти не замечала чувственности происходящего. Теперь же вдруг поняла, что, хотя магические приемы более разнообразны и больше похожи на «настоящий» бой, чем то, что творилось во время дуэли Дождевой Сливы и Метельной Розы, но все-таки и флирт, и серьезное эротическое напряжение, не сказать, похоть, тоже чувствуется. Саннин, дразнясь, ускользает — Гешвири со все возрастающим азартом и даже некоторой злостью пытается поймать ее.

«Поймает, — подумала Даари. — Саннин непременно ей позволит, мы об этом говорили… Правда, лучше бы Гешвири сделала это на своих условиях, но не так важно, в конце концов…»

Вот девушки снова отпрыгнули друг от друга на разные концы небольшой арены, и некоторые зрители недовольно заворчали: мол, сколько можно, они даже еще одеты! Но девушки не торопились. Они медленно начали обходить друг друга, каждая поглядывала на соперницу с уважением — и вожделением. Магия Желтой дуэли овладела ими.

Как ни странно, Даари ничуть не ревновала. Только засомневалась на секунду — Дракон, должно быть, видит, что обе эти девушки красивее и искуснее самой Даари… Не хотелось случайно скосить глаза на Дракона, увидеть живейший интерес на его лице и тем самым убедиться в своей догадке. Именно поэтому Даари поглядела — да не украдкой, а откровенно. («Спросит, не ревную ли — отвечу, конечно, ревную!»). Но Дракон смотрел на арену с выражением благожелательного равнодушия и легкого юмора, по нему вообще не видно было, что происходящее там его хоть сколько-то задевает. Вслед за мимолетным облегчением Даари немедленно испытала легкую обиду за Гешвири. Она там так старается, а он!..

Ей хотелось крикнуть «Давай, Эйши!» — но она сдержалась. Ей нужно сохранять видимость беспристрастности.

Она снова обернулась к арене — и обнаружила, что не может найти там Гешвири. Или, скорее, она видит там слишком много вариантов Гешвири: воздух дрожал и колебался, полный изогнутых, прыгающих и бегающих силуэтов дочери Утреннего Лотоса. Тот самый трюк, который они использовали для БАТ!

Вопреки тому, что иногда показывают в сериалах, посвященных деяниям великих магов, ни один из силуэтов Гешвири нельзя было принять за нее саму: они дрожали, рассеивались в воздухе, некоторые плыли и искажались, мерцали, сквозь них просвечивал пол и стены — к тому же отдельные копии ее компонент случайного выбора в заклятье подвесил под самым потолком. Но все же взгляд путался в этих отражениях, теряя оригинал.

Вот и Саннин тоже растерялась. Правда, лишь на долю секунды.