Гравой со странным выражением наблюдал, как я привычно одёргиваю кольчугу, перепоясываюсь сверху своим поясом, проверяю, как с новой бронёй взаимодействуют мои «Хлысты», а затем негромко проговорил, словно в пустоту:

— Какие странные, любящие доспехи и мечи, маги пошли в Гардаре.

Здесь, в этом странном месте под не менее странным небом, мне точно не нужно было прятаться от чужих глаз среди простых солдат, поэтому я ответил не так, как всегда:

— Я боевой маг, первым встречающий врага. И если сталь поможет мне выжить под его ударами, победить, значит, я буду пользоваться и бронёй, и мечом. А будь за моей спиной сотня бойцов роты с артефактными метателями, то я бы уничтожил врага на две ступени искуснее себя.

Страж кивнул:

— Возможно, Кир прав, а вы к этому и стремитесь. Впрочем, неважно. Теперь ты, слабейший из людей, защищён лучше любого из них, привык к этому месту и даже что-то пытаешься сделать. Пора начать защищать свой мир. Ты же этого хотел?

Невольно я бросил взгляд на нить портала. Если быть честным самому с собой, то не всё так однозначно. Цель обратить на себя внимание Создательницы — недостижима. Попытка доказать что-то Гравою — бессмысленна, если верить Ильмару. Защитить? Да, но этим можно было заниматься, и не проходя Вратами. Даже если я не справлюсь и в портал пролезет тёмная тварь, то её привычно обнаружит стража или армейский патруль. Для чего я здесь? Для себя? Для того чтобы время летело как можно быстрее, чтобы год, который разделяет меня и Маро, закончился незаметно, словно сам по себе. Вокруг меня идеальное место для того, чтобы нагнать своих однокашников, не слышать вопросов и не мучиться — поехать ли повидать лежащую в стазисе Маро или потерпеть ещё месяц. А главное — не нужно заботиться даже о пропитании. Занятия магией можно прерывать лишь для того, чтобы развеяться в сражении. И надеяться, что врагов будет много. Но я всего лишь кивнул Гравою:

— Так точно. Этого.

Гравой медленно произнес:

— Хорошо. — Отвернувшись от меня, двинулся прочь, к тем самым старым развалинам.

Оставшись на месте, я каждый миг ожидал, что он вот-вот исчезнет, как в прошлый раз, уйдя порталом, но под сапогами Гравоя всё продолжал скрипеть вездесущий красноватый песок, который успело за эти часы нанести ветром за мою защитную стену. Гравой остановился лишь в пяти шагах от того, что я считал главным входом в центральную часть развалин, и замер.

Мне не было видно лица Гравоя, да и эмоции на нём — редкий гость, но даже так, со спины, было очевидно, что это место явно многое значило для него. Тишина, которую я не собирался нарушать глупыми вопросами, длилась несколько минут. Наконец Гравой склонился перед развалинами, точно так же, как это сделал я сам перед ним чуть больше недели назад: на одно колено. Ладонью смел тонкий слой песка, обнажая синеватый камень, коснулся его пальцами.