Хуже всего было то, что я остался без привычных для себя инструментов и заготовок. Привык уже финальную работу с плетениями проводить, помещая их в небольшие кусочки «Стазиса». Эта хитрость позволяла мне всегда иметь несколько вариантов заклинаний, сравнивать их эффективность, а главное, не заботиться о том, что одно моё неловкое движение по изменению руны разрушит всю работу. Обычное дело для артефакторов, в моём случае происходившее раз в десять чаще, чем у других.
И вот сейчас Орба мне не хватало. Непривычно оказалось иметь в одном месте и боевой набор заклинаний, и кучу заготовок всего чего угодно. Да и места под плетения в «Стазисе» оказалось для этого маловато. С усмешкой сообщил небу и висящему шару Артилиса:
— Маро, теперь я стал ходячей артефактной мастерской. Работа всегда со мной.
Усмешка вышла печальная: никак не получалось исправить проблему с Истоком. Неясно даже, было ли дело в том, что задача изначально выходила за рамки моих возможностей, или же в том, что я не мог повторить вязь плетения достаточной плотности и миниатюрности? Исток явно создавался кем-то уровня архимага и точно не на коленке, а в мастерской, с использованием качественных инструментов. Мне, только чтобы суметь скопировать плетения из Истока Гвардейца, пришлось масштабировать их, сильно увеличив. Теперь они при разглядывании нового Истока неряшливо окружали его огромным облаком рун и линий. А вот обратный процесс уменьшения плетений раз за разом срывался.
Голос за спиной заставил вздрогнуть:
— Не выходит?
Я мгновенно провалился в Сах, а тренированное тело начало разворачиваться прежде, чем разум опознал говорившего. Разве что резкий рывок, который должен был закончиться ударом меча и заклинанием, превратился в спокойный поворот. Я оглядел Гравоя и приложил кулак к груди:
— Приветствую Стража. Да, не выходит. Тонкие плетения сейчас не мой конёк.
Страж молча шагнул ближе, забрал с моей ладони шар Истока и хмыкнул:
— Не могу не признать, что с каждым разом эти поделки всё ближе к оригиналу. Повторить, пусть и так грубо, задумку самой Создательницы?
Я промолчал, не зная, о чём говорит Гравой и нужно ли мне отвечать на его слова. Похоже, что нет. Гравой поднёс артефакт ближе, вглядываясь в него, и мои неуклюжие плетения дрогнули, расплылись на миг, а затем рунная вязь в них ожила, перестраиваясь и изменяясь, истончаясь и уменьшаясь. Несколько секунд — и они и вовсе втянулись в хрустальный шар, а сам он дрогнул, озаряясь изнутри и толкая из себя поток сырой магии.
Гравой вернул мне Исток, я коротко кивнул: