Эрвин обнял ее.
— Ты обнимаешь воздух. Кайры подумают: герцог свихнулся.
Даллия обняла его в ответ.
— А хочешь меня спасти?
— Да-да, я поступил ужасно, будешь мстить мне тысячу лет. Теперь скажи: хочешь спасти?
— Занятное предложение… А можно посмотреть, как ты с бревнышком?
— А разочек?
— А чашу-череп будешь искать?
Даллия улыбнулась:
— Прикинься Светлой Агатой.
— Тогда прикинься Аланис.
— Нет, не Аланис в постели, а Аланис в лучшем проявлении. Когда жертвует собой, чтобы убить Кукловода.
Даллия изменилась. Эрвин поморщил нос:
Даллия исполнила.
Даллия поднатужилась, но смогла.
Тревога долго старалась, перебрав дюжину лиц, и вот, наконец, приняла нужный облик.
— Заметил спустя два года знакомства?
— Это легко, — обронила Тревога, и в уголках ее глаз появились тончайшие лучики.
— Раздеваться не стану, — предупредила Даллия.
— Тогда ты сделаешь все, что попрошу?
— Еще пять лет не найдешь чашу?
— Станешь моим после смерти?
— А можно посмотреть, как пилишь бревнышко?
— Эх… ну ладно.
Собор Светлой Агаты уже накрыл вечерний сумрак. Мастера оканчивали работу, по одному гасли искровые прожектора, величавые фрески становились тенями. Эхо терялось в поднебесье сводов, оставляя внизу гулкую тишь.
Иона София Джессика явилась ровно в назначенный час. Остановилась осторонь Миры, молча наклонила голову, строго исполнив этикет. Владычица должна начать беседу.
— Ваша правда, — ответила Иона.
— Вовсе нет.
Иона поклонилась.
Мира сказала:
Этот монолог не входил в планы. Когда Иона извинилась, Мире стало легко на душе, и слова сами собою полились изо рта. Иона слушала с большим интересом.
Мира поправила:
— Вы строги к своим предшественникам.
После паузы леди Иона ответила с теплотой в голосе:
— Но я действительно хочу, чтобы ты стала министром. Кто же еще?
— Ну, только ради тебя…
— Значит, ссоры в прошлом? Мир заключен?
— Неужели мы ссорились? Здоровое соперничество украшает дружбу. Разве тебе не было приятно немножко поточить когти?
Они рассмеялись, но вдруг Иона прижала палец к губам:
Они прислушались и различили шаги двух пар ног.
— Где?.. Зачем?..
Глаза Ионы смеялись. Она схватила Миру за руку и потащила в тень за колонной. Едва девушки успели скрыться, как перед «Выбором Агаты» появился Эрвин. Его спутницей, действительно, была женщина — с диадемой высшей матери на седых волосах.
— Маляры оканчивают работы на верхних лесах. Они ничего не услышат, говорите свободно.
— Какое решение вы приняли, святая мать?
Мать Алисия подала Эрвину сложенный лист бумаги. Иона с Мирой вытянули шеи, но не смогли рассмотреть. Впрочем, реакция Эрвина говорила обо всем: