— Ты все предусмотрел, любимый.
— Владыка, позволь сказать. Я кое-что видел глазами Птахи.
— Вам лучше уйти отсюда, — сказала наставнику Элис Кавендиш.
Баронет Эмбер взял на себя роль хозяина:
Он раздал распоряжения слугам. Уютный зал отдыха на втором этаже отдали для ночлега дамам, а лордам устроили места в зале заседаний и на балконах. Приготовили и подали ужин, в щедрых количествах сварили чаю, поскольку ночь обещала быть холодной. В качестве спальных мест составили кресла по два, застелили скатертями вместо простыней. На роль одеял подошли плотные шторы, а также накидки и плащи. Дыру в стене заложили камнями — не без помощи Перчатки Могущества. Эмбер с видимым удовольствием опрашивал лордов: «Удобно ли вам в нашей гостинице? Если чего-либо потребуется — не стесняйтесь просить».
— Ради всех Праматерей, они действительно ложатся спать!
В отличие от профессора, Элис питала не удивление, а детский восторг. Самые могущественные люди мира — графы, герцоги и даже король! — укладываются спать всей толпой, точно студенты после гулянки. И сама Элис тоже останется на ночь! Правда останется? Ну да, все верно, никто ее не гонит. Баронет Эмбер даже предложил ей перейти в дамский зал, и она возразила: «Спать возле императрицы? Нет, я не смею, лучше пойду в холл», — и тогда к приглашению Эмбера присоединилась графиня Шейланд: «Идемте же, сударыня, не стесняйтесь. Мы в осадном положении, не нужно никаких церемоний». Элис выдохнула: «Сию минуту!», — и обернулась к профессору с полным восторгом в глазах. Это не просто приглашение ко двору, а нечто в сто раз лучше — общее приключение! Ночь в осаде вместе с первыми людьми, живыми легендами Полариса!
— Вам лучше уйти отсюда.
— А я хотел сказать, что это вы должны уйти.
— Нет, ни за что. Завтра снова будет заседание. Один из нас должен остаться, чтобы обслуживать устройство. Вы — гений, ваша жизнь — сокровище. Прошу, не подвергайте себя риску.
— Какая чепуха! Остались Минерва и леди Иона, и дама из Дарквотера, и даже святые матери. Женский пол — не препятствие долгу!
Профессор искренне заботился о ней, но выбрал слова неудачно. Прозвучало как упрек низкому происхождению Элис. Она нахмурилась:
Баронет Эмбер откашлялся:
И правда: все ближайшие лорды забавлялись, наблюдая за нею. Элис покраснела, выронила извинения и убежала. А Олли перетащил кресло и расположился на ночь возле устройства, словно часовой.
И тут профессор понял, отчего не может уснуть. Всех явных сторонников Адриана — таких, как приарх, герцоги Литленд и Лабелин — первый секретарь разместил на ночлег на балконах. Там было комфортнее, чем в зале: теплее, уютнее, тише. А еще, туда вела скрипучая лестница. Нельзя незаметно спуститься с балкона и покинуть Палату. Потому профессор и не спал: напряженно ждал скрипа ступенек под ногами уходящих лордов. Он не мог решить, что станет делать, если все сторонники Адриана соберутся и уйдут. Следовало бы пойти за ними, но нельзя же бросить Элис и устройство! А если бы не было ни Элис, ни устройства, то все равно, по какой-то причине, ученому не хотелось уходить.