— Кто сказал, что без охраны? — подмигнул он.

И только тут я заметил двух амбалов, которые держались от нас на почтительном удалении. Оба — в строгих чёрных костюмах.

— Ого, — улыбнулся я в ответ.

— В наше время по-другому никак, — политик вздохнул. — Знаешь, я подумал тут, что бы я делал, если бы тебя замочили там, в лагере. А ты ведь на миллиметр был, в курсе?

— В курсе, — кивнул я.

— Так вот — что я буду делать? Мне даже кошмары снились по этому поводу… молчать бы я не стал, однозначно. Но, с другой стороны, кто бы мне поверил, а?

Он огляделся по сторонам.

— Какое воображение нужно иметь, чтобы представить, чтобы здесь, в Киеве, ревела тревога воздушной тревоги, а русские ракеты рвались бы где-нибудь неподалёку, а? Ты вот можешь себе это представить?

— Я это видел, — заметил я.

— Верно… видел, — кивнул политик, после чего добавил: — А я легко могу представить. Я ведь помню, как всё вот это вот, — он обвёл ладонью вокруг, — было совершенно немыслимо! Знаешь, там дальше, на Крещатике есть такое здание… а вон оно, уже видно! Смотри вот, правее.

Он указал куда-то в конец улицы. Там стояло квадратное здание, на вид типичный представитель эпохи конструктивизма, трёхэтажное.

— Там когда-то ресторан был, который назывался «Метро». Знаковое место. Огромные залы, отличное обслуживание… там подавали самые правильные котлеты по-киевски. Народу место нравилось: тут справляли свадьбы, собирали банкеты. И ведь оно популярно было, до последнего! А знаешь, что сейчас там?

Я пригляделся. Характерная двойная жёлтая арка была хорошо видна даже на расстоянии.

— «Макдональс»? — уточнил я.

— «Макдональдс», — согласно кивнул политик. — И знаешь для чего? Дело ведь не в том, что место не приносило дохода. Приносило, ещё как. Дело в символе. Он должен был появиться именно здесь. Как знак капитуляции.

— Вероятно, — согласился я.

— Саша, у нас времени на раскачку не остаётся, — тон Жириновского резко изменился, стал мягким, вкрадчивым. Я понял, что в этот момент начался по-настоящему серьёзный разговор. — До меня дошли некоторые слухи… нам надо реагировать.

— Что за слухи? — спросил я.

— Пока мы думали, что грызёмся между собой, к нам зашли настоящие хищники. Пир только начинается.

— Англичане? — предположил я.

— Да. Ротшильды стоят за Ходорковским. Он продался первым, под гарантии. Дальше процесс будет только нарастать, знаю, что вся Семибанкирщина ведёт переговоры, делят последствия второго срока Ельцина…

— Борис Абрамович полностью самостоятелен. По крайней мере пока что, — заметил я.

— Вижу, ты не удивлён.