Этот ёжик бестолково-агрессивен. Правдолюб, докапывающийся до тех, кому в жизни повезло больше — родительскими ли связями и деньгами, характером, умом.
Пойти в реальную оппозицию или совершить поступок таким не хватает духа, с возрастом из них вырастают желчные сутяги, ханжи и сплетники. В Европе подобных ему более чем достаточно… а этот чернявый — типаж ярко выраженный, фактически эталонный.
В качестве врага… неинтересен, мелкокалиберный. В качестве друга или хотя бы знакомца тем более.
Судя по всему, так считал не один я, среди новичков полно парней за двадцать. Многие из них сами заработали себе на учёбу, и явно предпочтительней в качестве знакомцев.
— Грей Эллиот, — минуту спустя подошёл долговязый техасец с неистребимым акцентом, — в недавнем прошлом кавалерия США.
— Эрик Ларсен, вольный стрелок из Уругвая, датского происхождения и гражданства, — отвечаю в тон.
— Мы тут с парнями обнюхаться малость успели, — дёргает он подбородком на группу таких же жёстких молодых мужчин, — ты вроде как из нашей породы.
Ненавязчивое приглашение прозвучало, но сразу отзываться нельзя. Несколько секунд смотрю на них и наконец улыбаюсь слегка, склоняя голову.
— Я тоже успел… обнюхаться, — говорю весело, — с осени в Нью-Йорке, успел уже познакомиться с парнями из студенческих братств и кое с кем из профессуры.
Грей с еле уловимым облегчением чуть кивает и компания жёстких парней подтягивается к нам, негромко представляясь по одному.
Момент сейчас сложный, нужно изначально поставить себя как безусловного Альфу. Дать слабину, и всё — ты уже не первый среди равных.
Не то чтобы они мне остро нужны… пока. В будущем такие вот крепкие парни, прошедшие огонь и воду, могут оказаться кстати. Не знаю пока, зачем… но команду формировать нужно уже сейчас.
Согласившись на знакомство и озвучив, что в Нью-Йорке не новичок, я косвенно предложил им покровительство. Это не отменяет возможную дружбу, но дружба — это когда-нибудь потом, может быть. А отношения в стае лучше выстроить сразу, чтобы не было недопониманий в дальнейшем.
— В команду пробоваться будешь? — Поинтересовался Берти вечером, когда мы встретились в небольшом ресторанчике перед походом в театр, — парни в курсе, что ты в полиции борьбу преподавал, интересуются.
— Куда? — Вяло ковыряя бифштекс вилкой, интересуюсь у приятеля.
— А куда угодно! — Смеётся тот, — про полицию они и раньше в курсе были, ты ж особо не скрывал, да и с нами не раз пил. Команда по борьбе[2] в тебе точно заинтересована.
— Не… рефлексы другие, — отвечаю так же вяло, — я скорее в стиле джиу-джитсу, бокс немного.