— Вот и говорю, бесполезно, — внушительно кивнул Соломон.
— Не скажи, — вытянув ноги, смачиваю нёбо коньяком, — ммм… сказка, а не коньяк. Клады это бред… то есть они конечно есть, сам понимаешь.
— Исчезнувшие цивилизации, конкистадоры, пираты… — кивнул Альтшулер уже с меньшим скептицизмом.
— Всё так. При должном упорстве найти что-то можно, но тут нужно искать как положено — архивные крысы да молодцы с револьверами в одной команде. И отдачи ждать не раньше, чем через несколько лет. Я о другом. Вот, — кидаю приятелю старинный дневник, написанный на вульгарной латыни, — ничего интересного, но видишь? Рисунок горы, да… рисунок, описание природных красот и валяющихся там камней.
Вытянув руку, любуюсь перстнем с изумрудом.
— Месторождение! — Выдыхают Соломон одновременно с Заком.
— Оно самое. Мне в итоге немного досталось… но ведь досталось же!
— Если в таком ключе, — задумчиво сказал Берти, опрокинув стаканчик, — то на поиски сокровищ можно смотреть с некоторым оптимизмом.
— На меня не рассчитывайте, — сходу открещиваюсь от приятелей, — наприключался, больше не хочется.
На осторожные расспросы и любопытные взгляды демонстративно не обращаю внимания. Наживка брошена, осталось только ждать.
[1] Позитивная дискриминация (англ. affirmative action) — это меры по предоставлению преимущественных прав или привилегий для определённых групп населения, применяемые для создания статистического равенства в должностях.
[2] Мезу́за (ивр. מְזוּזָה, букв. дверной косяк) — прикрепляемый к внешнему косяку двери в еврейском доме свиток пергамента духсустуса из кожи ритуально чистого (кошерного) животного, содержащий часть текста молитвы Шма.Пергамент сворачивается и помещается в специальный футляр, в котором затем прикрепляется к дверному косяку жилого помещения еврейского дома.
Кремлёвская квартира Сталина невелика — крохотная приёмная, овальная столовая, служащая заодно гостиной и порой спальней, да три комнатушки. Обстановка аскетичная, похожая больше на гостиницу средней руки, чем на жильё одного из первых лиц Советского государства. Даже мебель казённая, с инвентарными бирками.
Именно так и жили всесильные наркомы СССР, ведь Ильич ещё в семнадцатом выпустил постановление, что квартиры наркомов не должны превышать норматив в одну комнату на человека. Ягода, Рудзутак и прочие, кому предстоит стать жертвами сталинского режима, нарушали это постановление, строя себе особняки по пятнадцать-двадцать комнат, с многочисленной прислугой и едва ли не великокняжеским образом жизни. И это одна из причин, почему они стали жертвами режима…