— Лесли? — Чуточку удивился капитан, голос которого из-за сигары в уголке рта прозвучал несколько невнятно и гнусаво, — не ожидал таких талантов. Знаю, что в школе он борьбой занимался, да потом боксом совсем немного. У нас он как-то быстро в архивах осел. Не то чтобы трусоват, но осторожен чрезмерно.
— Про характер не веду, тут вам лучше знать.
— Хм… почему бы и нет? — Мэтью хрустнул пальцами и достал из письменного стола и бутылку с бурбоном и не слишком чистые стаканы, — с тем условием, что если уж возьмёшься учить, то не бросать через несколько недель.
— Ну… до начала лета точно… да к этому времени мои знания и закончатся, не великий я мастер.
Сделку отметили выпивкой — довольно дрянной, нужно сказать.
— Эрик, мы тебе квартиру нашли, — нарисовался Толстый Джо, как только мы вышли от капитана. Чуть больше девяноста килограмм при росте метр семьдесят, по местным меркам толстяк. Такая вот забавная ересь получается — спортом почти никто не занимается, пьют и курят едва ли не поголовно, а толстяков почти не наблюдается.
— Надеюсь, не в Гарлеме? — Интересуюсь у Джо ёрнически.
— Я не спятил ещё! — Возмущается тот, приняв шутку за чистую монету, — Манхэттен. Метро напрямую через Гарлем проходит, так что добираться тебе нормально. Давай, не тяни! Домовладелец там мистер Коэн, старый хрен и параноик изрядный. В жильцах всё больше евреи из приличных — знаешь, дохленькие всё больше.
— Да они всякие бывают, — вспоминаю Шломо из университетского спортзала. Вот уж здоровило! Чёрный, носатый и пейсатый, как и положено порядочному еврею, был он ещё и фанатом железа, что вообще-то среди евреев встречается нечасто. Но у них так часто — в спорте они редко заходят дальше лёгкой физкультуры, зато уж если поняли, что это их спорт, так всё! Танком не остановишь.
— Всякие, — согласился Джо, — но у Коэна фишка такая, он яйцеголовых дохляков собирал у себя.
— Ешиботников[1], что ли? Не нужно мне такое счастье!
Опасение не напрасны, среди этих ребят полно чудиков, серьёзно сдвинувшихся на религиозной почве. Израильтяне светские сами не горят желанием иметь таких соседей. Да и подруга детства, вышедшая замуж за израильтянина, о евреях религиозных, отзывалась исключительно матерно. И это Сюзен, человек крайне толерантный. Правда, у неё в соседях не просто религиозные, а какие-то вовсе ортодоксы… не помню, какая между ними разница.
— Не… — смеётся толстяк, — я не спятил ещё! Обычные ботаники яйцеголовые — преподаватели университета, медики всякие. Дохляки, но нормальные, без религиозной зауми. Просто насобирал дохляков… ну ты понимаешь — связи там, влияние… а теперь газеты читает и боится. В городе-то весело сейчас, и чем дальше, тем веселей.