Скупо делюсь знаниями по кроссфиту ММА и техниками рукопашного боя, ссылаясь постоянно на мифического бывшего офицера. Парни уже заинтересовались столь легендарной личностью и начали копать… пусть.
Энтузиастов со сложной судьбой сотни, если не тысячи. В одном только Нью-Йорке десятка три школ рукопашного боя, основанных бывшими военными — американскими, британскими, французскими, немецкими и русскими. Военные хотят славы и денег, объявляя свои Системы самыми-самыми. Точнее, школ намного больше, три десятка это более-менее востребованные, имеющие достаточно заметное количество учеников или высоких покровителей.
Старательно придерживаюсь линии энтузиастов, не слишком выделяясь. Пусть по части приёмчиков могу дать фору большинству бойцов, но… между знанием оных и умением их применять большая разница.
Методическая подготовка из двадцать первого века выручает, но нет опыта практического, я никогда не преподавал и не командовал новобранцами. Личный опыт уличного бойца и невеликий спортсмена, это немного иное. Так что по большому счёту, мои уроки не слишком выделяются на фоне местных сэнсеев.
— Ну что, Эрик, завтра вечером тренировка? — Поинтересовался Ларсен в душевой, вытирая мокрые волосы. Угукаю, натирая мочалкой пятки, капрал рядом бубнит что-то, по его мнению весёлое.
Особо не прислушиваюсь, знаю уже его привычку выкладывать сугубо местечковые новости так, будто я действительно в курсе — кто такая Мэри-с-Цветочком и почему у сержанта Боба — того, что из Оклахомы, неприятности с женой.
Поскольку мы однофамильцы, да и корни у копа шведско-датские, Дан решил поинтересоваться, а не родственники ли мы? Оказалось, и в самом деле родственники — аж в девятом колене. Точнее — в девятом колене он родственник моим документами, но Эрик Ларсен, чьё имя я сейчас ношу, приходится родичем и мне.
Дану хватило и такого дальнего родства, ходит теперь сияющий, называя меня постоянно кузеном. Заодно эксплуатирует по-родственному, правдами и неправдами напрашиваясь на все тренировки.
— Может тебе попроситься у капитана ассистентом? — Вытираясь полотенцем, с ноткой сомнения интересуюсь у кузена, — ты всё равно торчишь на всех моих занятиях, вон как загорелся!
— А можно⁈ — Вспыхнул Дан.
— Я-то откуда знаю⁈ У капитана интересуйся, можно или нельзя. Может, в позу встанет, да запретит — мало ли!
Не дав толком высушить волосы, Дан потащил меня к капитану в прокуренный кабинет.
— Ассистентом? — Не выпуская дешёвой, на редкость вонючей сигары, поинтересовался Мэтью Скот, — а потянет?
— Ларсен, сержант Риджуэй и пожалуй — Лесли из архива, вот самые толковые.