Несколько минут иду вдоль домов, всматриваясь до боли в глазах в просветы меж домов.
— Никак огни? — Прибавил шагу и…
— Не так быстро, мистер, — Преградил мне путь рослый мужик с гнусавым голосом, показав лезвие ножа. У самого сто восемьдесят пять роста, но этот не ниже, да шире в плечах чуть не в полтора раза. Здоров на редкость, причём движется плавно, как профессиональный боец.
— Фак! — Вырывается у меня на английском, непроизвольно делаю несколько шагов назад.
— Куда-то спешите, мистер? — В бок утыкается что-то твёрдое, голос подельника такой же специфически гнусавый.
— Мистер поделится с нами, так ведь? — Утвердительно произносит широкоплечий, похлопывая лезвием ножа по широкой тёмной ладони.
— Конечно поделится, — говорит второй, — он же добрый человек, так ведь? Сейчас он отдаст добрым людям на нужды бедных свои деньги, свои часы и свою одежду, да отправится дальше, благодаря Господа, что встретил нас, а не каких-нибудь бандитов. Негодяи повадились бить приезжих по голове железными трубами и протыкать им внутренности большими ножиками. Приезжие долго болеют, а случается, и умирают.
— Мистер хочет заплатить за охрану, так ведь?
Вижу надвигающуюся физиономию широкоплечего, теперь видимую вполне отчётливо. Негр, причем из тех, кто больше походит не просто на представителя африканской расы человечества, а на недостающее его звено. Ещё недавно таких показывали в цирках, выдавая за помесь человека и обезьяны.
Глядя на широкую физиономию с низким лбом, маленькими глазками и массивным, скошенным назад неандертальским подбородком вкупе с широченным носом, в это можно поверить.
Несколько секунд спустя приходит понимание, что негр в общем-то не красавец, но и не урод. А все признаки кровосмешения — отчасти мой страх, отчасти последствия многочисленных травм чернокожего. Не иначе, профессиональный боксёр или рестлер невысокого уровня подрабатывает по ночам. Передовик производства, мать его… Ну или просто тешит расовое самолюбие за счёт ограбленных белых, такое тоже может быть.
Страшно до жути… в первую очередь из-за невысокого интеллекта грабителей. Физиономия у бойца крайне запоминающаяся, а это значит, что с тёмной улочки я могу и не уйти… И квартал это чёрный, потому как в настоящее время национальная и расовая сегрегация[1] цветёт и пахнет. Чёрные, промышляющие в белом квартале ныне невозможны, пристрелят просто для профилактики, с полного одобрения общественности и властей.
Но и обратная ситуация верна, забредшему в закоулки чёрного квартала белому грозят серьёзные неприятности. Особенно если этот белый явственно выделяется как приезжий. Так что Ничего не видели, ничего не слышали со стороны местных обеспечено. То-то громилы так уверены…