— Твой вариант? — с трудом избавляюсь от жести в голосе — не нравится мне отказ Варвары.
— Мы уйдем с Егором в социальную гостиницу. Я узнавала, там нас примут, помогут с оформлением развода, сына в ясли пристроить, я на работу смогу выйти.
То, что Варя решилась на развод, меня радует, но все остальное бред полный.
— Какая к черту социальная гостиница? Я могу дать тебе больше, ничего не требуя взамен. Если ты думаешь, что я посягаю на твое тело… честь…
«Да-да, я все больше думаю об этом. Мечтаю о тебе днем и вижу ночью во сне, что ты моя, вся без остатка» — вопит внутренний голос, но вслух я говорю совсем другое:
— Роль жены больше исполнять не нужно. Я к тебе не притронусь, обещаю. Просто хочу помочь тебе и тезке.
— Егор! Мы к вам не поедем, — отрезает и решительно буравит меня зеленью уже знакомая мне фурия. Кровь отливает от ее милого личика. Еще и нос задирает. Мелкая, а с характером. И вызов в глазах, как тогда, в моем кабинете.
Несколько секунд мы ведем безмолвный бой взглядами, наконец, я сдаюсь. Снова.
— Упрямая девчонка. Тогда я сниму вам квартиру. Такой вариант устроит?
Подумала немного, кивнула.
— Такой устроит. Только я потом все отдам. Хорошо?
— Делай как хочешь, — машу рукой. В принципе и такой вариант я рассматривал.
Варя
Так странно. За несколько дней мой сын привязался к Курагину как к родному человеку. Стал звать его «Ди», наверное, сокращенно от «дядя». С радостью катается на шее мужчины и визжит от восторга, когда Егор дурачится с ним, подкидывает вверх или изображает из себя лошадку. Даже со мной сыну становится скучно и я ловлю себя на мысли, что ревную и неосознанно борюсь за внимание своей роднульки. Понимаю, что мальчику просто не хватает мужского воспитания, но почему именно Курагин? Почему именно он — этот идеальный мужчина, ворвавшийся в мою жизнь из другого мира, из другого времени?
Почему Виталик не смог стать таким заботливым? Ведь без ума он был от меня, а если мужчина любит женщину, то и ребенка ее полюбит тоже. Так дедушка говорил.
И ведь любил Егорку Виталий, помогал мне с ним на первых порах. А когда я призналась, что нашего мальчика потеряла и домой вернулась с чужим, сразу охладел к ребенку.
Тогда-то я и сделала для себя вывод — нельзя откровенничать с мужчинами. Всегда думала, что между супругами не должно быть тайн, и у меня их не было. Все рассказала Витале про сына.
Не принял он мальчика, меня не понял, выпивать стал чаще, больше… Но стойко терпел крики и болезни маленького, хотя как супруги мы стали чужими друг другу. Думаю, это из-за чувства вины, что он косвенно повлиял на мои преждевременные роды. Единственная измена мужа оказалась губительной для нашего малыша. А решение подарить подкидышу любящую семью я приняла осознанно и ни разу не пожалела об этом. Вон какой у меня красавец-мужчина растет. Самый лучший, родной, мой.