— Может, бабку какую во дворе выцепить? Они так-то на старости бесстрашные, а мы заплатим.
— Ага, и эта бабка нам все спалит на корню. Не, надо кого-то, кому Терехин откроет. Кого он знает и считает не опасным.
— Соседи сверху-снизу? Типа потоп, пожар?
— То же что и с бабкой — не прокатит.
— Надо кого-то, кому Терехин может открыть. Кто-то знакомый, безобидный. Свой.
— Варя говорила про подругу, Свету. В гости ее хотела пригласить. Фамилию, к сожалению, не знаю и адреса тоже, знаю только, что недалеко от Терехиных живет. Вот если ее попробовать уговорить помочь нам, передать для Вари весточку.
— Подруга — другое дело, осталось найти ее.
— И быстро при этом.
— И что, мы к каждой женщине на улице начнем приставать с вопросом знают они Варю или нет? Те же шестерки нас и просекут.
Мы опять зашли в тупик. Доедали и допивали в молчании. Вдруг у Макса зазвонил телефон.
— Дашка. Потеряла меня, — начал он оправдываться. Нажал на зеленый кружок и в кухне раздались недовольные возгласы его супруги, которые мы слышали без помощи громкой связи:
— Коротков! Где тебя носит? Ты на часы смотрел?
— Дашуль, милая, я у Егора, — залебезил Коротков, мгновенно превратившись в провинившегося мужа. — У него беда, мы с мужиками думаем как помочь.
В качестве доказательства Макс включил видеосвязь и покрутил телефоном по кругу. Мы с мужиками поздоровались с Дарьей нестройными голосами.
— Здравствуйте всем. Егор, что у тебя за беда? — Даша сразу успокоилась, заулыбалась, голос потеплел.
— Любимую женщину и ее ребенка забрали нехорошие люди, мы думаем, как ее вызволить.
— Я могу помочь?
— Вряд ли. Есть план действий, не хватает действующих лиц. Конкретно — мы не знаем как найти подругу девушки. Предположительно, она живет рядом с моей Варей, но кроме имени ничего больше о ней не знаем.
— У подруги дети есть?
— Есть. Варя говорила двое.
— Тогда это проще простого. Я вам ее завтра сама приведу.
— Обожаю твою жену, — признаюсь Максу, попрощавшись с Дашей. — Всегда знал, что я ей симпатичен.
— Но-но, чужое не трогать! Руки оторву по самую майку и скажу, что так и было, — пригрозил Макс, явно гордый тем, что жена у него голова.
Варя
— Я не буду этого делать!
Смотрю в серо-голубые глаза мужа, в бледно-серые бесчувственные Мухтара. Они серьезно? Вижу, что не шутят, от того сердце сжимается тисками ледяного ужаса.
— Не делай. Тогда и сына не увидишь, — показушно равнодушно пожимает плечами Виталик.
— Это подсудное дело! Вы не можете лишить престарелую женщину собственной квартиры! Она вам никто. Даже мне посторонний человек. Это бесчеловечно!