— Конечно, Катерина.
Идем через офис. Замечаю косые взгляды сотрудников. Кто-то кивает на нас, привлекая внимание коллеги. И если Варя смущается под прицелом нескольких десятков глаз, то мне роль семейного человека даже нравится.
Возле лифта Варя пытается забрать Егорку, но я не даю. Хочу проводить своих гостей до выхода.
В пустом лифте стоим по разным углам. Девчонка на меня не смотрит, ей как будто неловко рядом со мной, а я не отвожу от нее глаз. Красивая.
— Варя, мне правда понравилась наша игра. А Егор прирожденный актер. Надо будет отдать его в театральный кружок, когда подрастет. Как ты на это смотришь?
— Одобряю, — отшучивается девушка.
Мы все еще играем. Просто так, не на зрителя. Выходим из лифта, идем через холл к стоянке Егоркиного транспорта.
— Варюша, если тебе что-то нужно будет, ты всегда можешь обратиться ко мне. Теперь ты знаешь, где меня найти помимо парка. И записываться не нужно. Ты же моя жена.
— Ненастоящая жена. Но все равно спасибо.
Варя снова улыбается. Оттаяла. Мы как раз дошли до коляски. Я не рискнул усаживать в нее Егорку, доверил сделать это его мамке.
— Я вызову вам такси.
— Не надо, тут недалеко, а мы еще погуляем. Простите, что накинулась на вас, накричала.
— Накричала? Когда? Я не заметил.
— Это было… между поцелуями.
— А-а, поцелуи помню, а больше ничего. Частичная амнезия, наверное. В следующий раз буду внимательнее.
Варя смеется и качает головой. Мы прощаемся. Поднимаюсь в офис в отличном настроении, потому что знаю, что завтра снова встречу свою ненастоящую семью в парке. И может быть, уговорю ее на кафе.
— Егор?
Егор
— Егор! Дружище! Умираю от любопытства услышать из первых уст, что за дама с ребенком посещала твой унылый холостяцкий кабинет? Весь улей жужжит, говорят, что к тебе приходили жена и сын, а я же знаю, что у тебя никого нет. Или уже есть? О, дай угадаю! Внебрачный ребенок! А мамаша приходила, чтобы сообщить тебе сию чудную новость! И до чего договорились?
— И тебе добрый день, Максим Андреевич, — прячу улыбку, пожимаю руку лучшему другу, по совместительству коллеге, поджидающему меня у лифта на этаже моей компании. Удивительно, как быстро у нас распространяются новости.
— А чего это ты светишься как самовар начищенный? — от пристального взгляда Короткова ничего не ускользает. За много лет дружбы он знает меня как облупленного.
— Ничего от тебя не скроешь, дружище, да? Ты ко мне?
— Естественно! Хочу знать, кто к тебе приходил, если уж не удалось самолично увидеть твоих гостей. Колись, кто это был? — Макс толкает меня в бок локтем. Не отстанет, как пить дать, пока все не узнает.