— Мы, Магели, до глубокой старости выглядим моложаво, такова уж наша конституция. Есть вещи, Пётр Николаевич, которые не объяснишь медициной. Есть тайны, которых лучше не касаться. Вы, генерал, должны это понимать лучше других. Вон там, — он махнул рукой в сторону окна, за которым угадывалось чёрное дыхание бухты, — стоит бригантина с удивительным названием. «Бегущая по волнам». Я пришёл на ней. И поверьте, этот корабль знает о чудесах больше, чем все академии наук, вместе взятые.

Врангель поднялся, подошёл к окну, отдёрнул тяжёлую портьеру. Внезапно из-за облачка выглянула луна, яркая, словно прожектор, и осветила суда, стоявшие в бухте. Одно из них, трёхмачтовое, с изящными обводами, показалось ему незнакомым.

— Ваша бригантина?

— Моя. Вернее, не моя, а того ветра, что носит её по свету. Я лишь пассажир, — Магель тоже встал и оказался рядом. — Бригантина под американским флагом, и флажок на автомобиле американский, но это лишь легенда. Для упрощения понимания. Нет, никаких инцидентов с официальными представителями Северо-Американских Соединенных Штатов не будет, моё пребывание согласованно с госсекретарём Колби. Но давайте вернёмся к делу. Время не ждёт, а его у нас, увы, меньше, чем хотелось бы.

— Итак, вы предлагаете помощь. От имени кого? — спросил Главнокомандующий, стараясь, чтобы голос звучал ровно, хотя внутри всё дрожало от смешанного чувства надежды и горечи.

— От имени людей, которым небезразлична судьба России, более того, судьба Мира, как не мелодраматично это звучит. Есть на свете силы, которые не любят лишнего шума. Они предпочитают действовать в тени, но возможности их… скажем так, велики. Очень велики.

— Масоны? — прямо спросил Врангель.

Магель рассмеялся — искренне, почти по-мальчишески.

— Боже упаси! Никаких масонов, никакого всемирного правительства, никакого заговора. Просто есть те, которые за долгие годы поняли: миром правят не пушки и не золото, а мечты. Мечты о справедливости, о красоте, о том самом Эльдорадо, который всё ищут и не могут найти. Я их представитель. Скажу для простоты: я представляю Фонд.

— И много вас? — Врангель не мог отделаться от ощущения, что разговаривает не с реальным человеком, а с героем старинной легенды, которая вдруг ожила и вторглась в его кабинет.

— Достаточно, чтобы повлиять на ход событий. Фонд не ставит вам условий, Пётр Николаевич. Мы просто даём шанс. Оружие, обмундирование, продовольствие — всё это будет доставлено в любой порт, который вы укажете. В обмен мы просим лишь одного: когда вы возьмёте Москву, вспомните о мечте. Не о партиях, не о классах, не о сословиях. О тех, кто верит, что Россия может быть не только великой, но и доброй.