Хранитель осторожно опустился на колени. Левой рукой накрыл горлышко, а правой стал бережно переворачивать Осин домик, следя, чтобы росточки не помялись или погнулись. Когда каждый из трёх стволиков-черенков разместился между пальцами, Сергий отставил банку, положив правую руку поверх комка земли, белые ниточки корней в котором, шевелясь, на глазах втягивались внутрь. Перевернув Древо замершими листиками вверх, дед вытянул руки перед собой. Мне показалось, что я заметил слёзы в его глазах. По сфере его, привычно красно-белой, протянулсь синие стрелы тревоги. Между ладонями, вокруг корней Осины, разгорался ярко-алый шар.

— Помогайте, ребятки. Угостим Осю на дорожку, — выдохнул Хранитель.

Я шагнул ближе, встав чуть левее, и положил правую руку ему на плечо. Лина тянулась хвостиком, не выпуская моего рукава. С другой стороны подошла Алиса, подняв повыше Павлика, как на кадрах старых фильмов, где матери протягивали младенцев вождям и удачливым полководцам за благословлением.

Мы с племянником, кажется, «включились» одновременно. Шар меж ладоней Хранителя сперва чуть просветлел, едва ли не до кораллово-розового, и тут же насытился ярко-красным, густым, тяжёлым, как старое вино. Не знаю, о чём думали Сергий и Павлик. Я «отдавал» уважение, восхищение и благодарность. За знания, которыми делилось Древо, пусть и в своей манере. За возможность слушать и учиться. И за то, что помогло мне спасти Лину. Моего ангела.

Судя по лицам, на которых светились добрые улыбки, Ося каждому нашёл персональные слова поддержки. Я начал было переживать за пустоту и тишину в своей голове.

— Хорошо прокатились. Надо будет повторить при случае, — Речь Осины будто звенела от напряжения. Хотя, скорее, от какого-то шалого куража. Вот уж чего не ждёшь от предвечного Древа.

— А что мы, по-твоему, неживые что ли? Пусть по-другому, но чувствуем, мыслим, — энергия переполняла его.

— Будь сильным, Странник. Семью береги, семья — святое. Любовь храни — она бесконечные силы даёт. И Землю береги. Ярью богатые, богатыри по-вашему, наперечёт у неё всегда были. Многое дано тебе взамен отнятого, Яр. Цени. И никогда ничего не бойся. Это скучно и неинтересно, запомни! Страх убивает интерес, кураж и волю. Раз поддашься, другой — и не заметишь, как чёрные паучьи лапки уже держат вожжи в твоей голове.

Шар в руках Хранителя полыхал насыщенным красным, как хрустальная вазочка с вишнёвым вареньем на подоконнике, под лучами восходящего солнца, когда блики от неё рассыпаются по всей кухне. Он начал пульсировать, с каждым разом становясь чуть больше в размерах. И с одним из ударов, шестым или восьмым, резко, взрывом, увеличился, заполнив собой всю сферу Осины. Мы стояли в самом её центре. И это было непередаваемо.