— Никак, солнце. Никак я не думаю. Нечем мне уже и некуда, — не вполне вежливо, но зато совершенно искренне ответил я, перебив её.

— Ну… Наверное, да. Надо выспаться сперва. А то как-то слишком много всего и сразу, — кивнула она.

За нашей дверью оказался вполне привычный гостиничный номер. Из шаблона выбивалось только то, что вместо окна на стене висела плазма пары метров в поперечнике, на которой показывали вид на горное озеро. Наверное, для тех, кто заскучал по небу и солнышку. И что на журнальном столике был накрыт не то лёгкий ужин, не то что-то промежуточное. Отдельно удивили свечи в изящных подсвечниках, выглядевших сделанными из чистого золота с драгоценными камнями. В санузле обнаружилась ванна нескромных размеров, куда мы тут же набрали горячей воды, набухали шампуня и улеглись млеть в пену. Я прислонился спиной к тёплому высокому бортику, подложив под шею и затылок свёрнутое полотенце, коих тут обнаружилось несчитанное количество. Энджи устроила затылок у меня на груди, положив локти мне на бёдра.

— Ося нас сюда нарочно привёз? — спросила она, глядя на меня в зеркало, что занимало почти всю противоположную стену. Себя она в нём вряд ли видела — низко лежала. А я подумал, что к новой её стрижке почти привык. Но старая была лучше. Тьфу ты, опять эти фразы-рикошеты от стариков-разбойников!

— Ося — вряд ли. А вот хозяин здешний — вполне, — ответил я. Вдохнув её запах. Аромат малины после бани никуда не делся.

— И что будет дальше? — умение задавать такие вопросы — это талант, конечно.

— Сентябрь, — с полной уверенностью ответил я. А что? Какой вопрос — такой и ответ.

— Блин, Аспид, ты же знаешь, что я не об этом! — она опасно качнулась, едва не соскользнув вниз, в белую пену, под воду. Удержал её, обняв, сплетя руки перед собой.

— Ты первый раз меня так назвала, — удивился я.

— Тебе не нравится? Я тогда не буду больше, — на лице её будто бы испуг даже промелькнул.

— Нет, нормально. Даже как-то привыкать уже начинаю, — я потёрся подбородком о тёмную макушку. Энджи сперва замерла, а потом как-то неуловимо не то потянулась, не то выгнулась, словно кошка, которую гладил на подоконнике тёплый солнечный луч. Даже пальцы на показавшейся из пены ступне растопырила-вытянула точно так же…

Разбудило нас Солнце. Фальшивое, но очень похожее. Не знаю, как это получилось, но задёрнутые вчера шторы над плазмой оказались раздвинутыми, и с экрана на нас падали яркие и будто бы даже тёплые солнечные лучи. Вставать не хотелось ни в какую. Пожалуй, будь моя воля, я бы заперся в этом «нумере» на пару недель, а то и больше. И пусть все чёрные мира ходят тоскливо по болотам, уныло завывая в ночи: «А Аспид выйдет?».