Эд и сам не заметил, как снова провалился в сон, черный, осязаемо плотный, безо всяких там сновидений. Лишь только голос. Далекий голос, тот самый, из снов. Он предупреждал о чем-то, то приближаясь, то вновь становясь далеким, едва слышным…

Юноша прислушался… Меч! Голос просил, нет, приказывал, взять какой-то меч. Именно в этом спасенье. От чего спасенье?

— Ну, ну, вставай, парень!

Проснувшись, Эдик увидел склонившееся над ним лицо воспитателя Николая.

— Одевайся. Пошли.

Стоявший в коридоре у лестницы Афанасьич вздрогнул, услыхав позади себя чьи-то едва слышные шаги. Обернулся — гость! Улыбающийся, довольный. Улыбнулся и завхоз:

— Ну, кажется, все? Последний остался.

— О, да, — закивал гость. — Я бы хотел, уважаемый, пригласить вас сейчас к себе, вместе с воспитателем… А мальчик… я с ним уж потом переговорю, пусть пока подождет за дверью. Договорились? — Сверкнув глазами, гость быстро ушел.

— Как скажете, — Афанасьич пожал плечами, обернулся — как раз подходили Николай с Эдом.

— Коля, веди-ка этого в свою каморку, пусть там обождет немного, а сам быстренько приходи. Подождешь чуток, Эдик?

Эд пожал плечами. Ждать, так ждать. Куда ж деваться-то? Услыхав, как повернулся в замке ключ, уселся на подоконник, пялясь в ночную тьму. Впрочем, не в такую уж и тьму — в сторожке тускло горела настольная лампа. Эд распахнул форточку — пахнуло сыростью, громче забарабанил по стеклам дождь.

— Прошу, уважаемые господа, не стесняйтесь! — привстав со стула, улыбающийся иностранец лихо наполнил бокалы из явно недешевой бутыли.

— Виски? — принюхиваясь, спросил завхоз.

— О, да, да, виски. Прошу отведать.

Афанасьич и Зубов синхронно пожали плечами:

— Ну, за успех!

Выпили, закусив конфетой. Потом намахнули еще по одной, и по третьей… А потом… Потом перед глазами вдруг все поплыло, сделалось вдруг зыбким, расплывчатым, нереальным. Николай и сам не заметил, как пошатываясь, повел Афанасьича вниз, ничего уже не соображая. Почти ничего. Только одно помнил — к гостю нужно доставить парня. Последнего…

Эд недоумевающе посмотрел на воспитателя и завхоза. Вроде, немного и времени-то прошло, а уже успели упиться. Впрочем, долго ли умеючи?

С остекленевшими глазами, Зубов подвел новичка к двери бывшей воспитательской комнаты и легонько подтолкнул в спину:

— Ну, иди, парень!

Юноша оглянулся и вдруг снова услыхал голос. И снова голос упоминал о каком-то мече, который надо было…

Чушь! Полная чушь.

Хмыкнув, Эд отворил дверь и нос к носу столкнулся с гостем.

Нисур!

Словно бы обухом ударило по голове. Нисур! Один из черных магов.