Над столом словно ветер пронесся, склоняя еще ниже головы сидящих. Альфа кивнул Поле на свободный стул, третий в ряду, слева от него:
— Вот здесь твое место. Садись.
Поли послушно быстро села. Она по-прежнему чувствовала себя на строгом экзамене под пристальными взглядами исподтишка жен и детей короля.
Девушку, конечно, учили пользоваться приборами и дома и в пансионе, чтобы она не опозорила родителей или будущего мужа. Поэтому, непосредственно сам королевский прием пищи не стал для нее испытанием, даже под прицелом множества волчьих глаз.
Беседа двуликих мягко протекала в вопросах и ответах о военной кампании. Поли кожей ощущала возмущение окружающих ее присутствием здесь. Еще бы! Король усадил презренную человечку за королевский стол. Забава такая? Непонятно, но перечить отцу и мужу никто из них не посмел.
Утро Грейс началось намного раньше Полиного. На рассвете раздался звук звонких ударов по чему-то металлическому. Сонные люди со скрипом и недовольными стонами поднимались с жестких полатей и выбирались на улицу. Грейс с мужем вышли вслед за всеми и, жмурясь под первыми яркими солнечными лучами, огляделись.
Большое пространство вокруг было огорожено высоким каменным забором. Противоположный край его виднелся на горизонте. Вся площадка была почти пуста: лишь несколько толстых деревьев, высокая густая трава да одинокий продолговатый барак у самых железных ворот. Грейс увидела недалеко от барака, под навесом, длинный деревянный стол с лавками по бокам и, около него, две большие телеги, на одной из которых стояли два чана, от них безумно вкусно пахло горячей едой.
Чуть поодаль, под самым забором, за бараком, обнаружилось еще одно строение, которое явно было общественной уборной, а рядом загородка с навесом, на крыше которого в ряд стояли четыре бочки — общая душевая.
На телеге, рядом с чаном, возвышалась стопочка глубоких глиняных плошек. В квадратном ящике на краю стола насыпью лежали деревянные ложки.
— За-а-автрак! — прокричал один из двоих оборотней. — Подходим по одному!
Люди сразу стали выстраиваться в очереди: и в уборную, и в душевые, и за едой. Конечно, ледяной душ зимой никто и не подумал принимать, но в душевой оказались еще и умывальники: четыре ведра с водой были подвешены на столбах, на их дне было маленькое отверстие, через которое проходил железный штырь с шариком на конце и заглушкой в ведре. Приподнимая ладонями штырь, умывающийся давал возможность воде из ведра через отверстие течь тонкой струйкой, человек убирал ладони, и заглушка снова перекрывала воду.