— Да, еще как! Разлеталась бы, как дерьмо!
Несмотря на некоторую резкость суждений, в целом Иен оказался приятным в общении, эрудированным и тактичным. Он много рассказывал и о флоре и фауне побережья, и о местных жителях.
— Зимой тут выпадет много снега, бывает и сильный мороз. В целом климат близок к Северной Шотландии или западной части Скандинавии — рассказывал Иен, показывая мне на разнообразные местные растения. — Мечтаю провести хоть пару выходов под южным солнцем — тут сплошные туманы!
— В этом климате есть свои преимущества. Вы хотя бы не страдаете от солнечных ожогов так, как я.
— О, вы не разобрались в этих регулировках? Вернемся, я вам покажу!
— Разобрался. Настроил толерантность к ультрафиолету на максимум. Не помогает — слишком яркое у нас солнце.
Мы начали спускаться обратно, хватаясь за ветви сосен и пихт.
— Сосны выросли сравнительно недавно. Сначала тут были пальмы, которые, конечно, сразу вымерзли, и получился страшный бурелом. Потом ветром нанесло семян берез, а за ними — сосен и елей. Теперь тут необъятные леса.
— Много было землетрясений?
— Да. Очень частые, особенно первое время. На западе действовали вулканы, первое время — непрерывно, да и сейчас периодически тоже происходят извержения. К югу отсюда действуют гейзеры из минеральной воды. Советую посетить это место, раз уж вы здесь — картина почище Иеллоустоуна!
Возвращаясь обратно, я смотрел на высокую спину Иена в меховой куртке эскимосского типа и думал о грустных вещах. Да, не таким я представлял общение со своими бессмертными коллегами. С этим — явно никакого сотрудничества толком не получится. Слишком он уперт в свою экологию-толерантность-правочеловечность. Судя по всему, в нашем мире он был левых взглядов, и сейчас, разумеется, не изменил их. Я в сравнении с ним — пещерный либерал. И, похоже, как-то так получилось что за годы, проведенные среди дикарей, мы оба только укрепились в своих взглядах на жизнь. Может, и лучше, что он тут сидит в этом медвежьем углу и никому не мешает? По крайней мере, его не убили — уже немалое достижение!
Вернувшись к хижине Иена, мы осмотрели его модуль. Он лежал у самого входа в пещеру.
— Не боитесь, что завалит при землетрясении?
— Нет. Тут монолитный гранит, огромные глыбы, они заклинивают друг друга. Не должно.
Капсула Иена немного отличалась от моей, что не удивительно — ведь они были собраны на орбите кустарно, из тех агрегатов, что были в наличии.
Мы обменялись опытом по перенастройке капсулы. Иен показал мне, как регулировать медицинские параметры, а также как мониторить состояние силового агрегата — ядерного реактора на радиоактивных элементах.